головы бесцеремонным взглядом, – но я просто не мог пройти мимо. Вы ведь Анна, верно?
Невеста Максима Эдуардовича.
– Да, здравствуйте, – растерянно киваю я, судорожно сжимая в руках бокал с минеральной
водой. Я понятия не имею, кто предо мной стоит, но на его лацкане поблескивает значок
закрытого вип-клуба, а пара проходящих мимо банкиров подобострастно ему кивают.
– Меня зовут Алексей Крушинский. Глава холдинга «Север-Инвест», – он слегка наклоняет
голову, демонстрируя идеальные манеры. – Признаться, на сороковом этаже вашей компании
только о вас и треплются. В кулуарах столько завистливых слухов про выскочку на побегушках
из подвала, что я ожидал увидеть кого угодно, но только не такую хрупкую милую девушку. Надо
признать, у Зарубина потрясающий вкус...
Мои щёки обжигает румянец. Комплимент звучит вроде бы приятно, но упоминание сплетен
оставляет неприятный осадок. И я, поморщившись, делаю шаг в сторону, чтобы вежливо
прекратить разговор.
– Извините, Алексей, мне нужно отойти…
– О, не спешите, Анна, – он мягко делает полшага в мою сторону, не давая мне его обойти, и
я оказываюсь зажата между его высокой фигурой и фуршетной стойкой. – Ваш покровитель сейчас
занят на закрытом совещании с министром, у них там серьёзные тёрки, ему ещё долго будет не
до вас. Побудьте моим собеседником пару минут. Знаете, я ведь искренне вам сочувствую.
Я удивленно моргаю.
– Сочувствуете?
– Конечно, – вздыхает Крушинский и доверительно сообщает: – Работать на Зарубина, а уж тем
более быть его… избранницей – это тяжёлый крест. Для него ведь люди – просто расходный
материал. А у меня с ним давние счёты, Анна. Понимаете, когда-то у меня была женщина,
которую я безумно любил и долго добивался. Мои ресурсы, поверьте, весьма впечатляющи – у
моего холдинга лучшие активы на рынке, и я привык окружать своих людей роскошью. Но Максим…
он просто разрушил её жизнь.
Я застываю, слушая это вкрадчивое предостережение.
– Что вы имеете в виду? – спрашиваю тихо, чувствуя, как внутри начинает подниматься
холодная тревога.
– Он поиграл с ней одну ночь и использовал её, чтобы забрать мои контракты, а потом
хладнокровно выбросил на улицу, – голос Крушинского падает до интимного шёпота, и его манеры
вдруг неуловимо меняются. Он делает шаг вплотную ко мне, сокращая дистанцию до неприличия, и
заправляет мне за ушко выбившуюся прядь, шокировав меня до состояния ступора. – Я не хочу,
чтобы с вами случилось то же самое, Анна. Вы слишком невинны для этого террариума. Скажите
мне… сколько ваш покровитель платит за ваши услуги? Назовите сумму. Я готов предложить вам