подходит к низкому стеклянному столику, за которым сидим мы с Юлей. Она кладет папку на
прозрачную поверхность. Я жду, что она посмотрит на меня так же пренебрежительно, как и в
тот раз, – мол, что ты тут забыла, убогая? Но она не смотрит и сразу пятится обратно к
двери, словно я – радиоактивная.
– Свободны, – так же ровно роняет Зарубин.
Директор по персоналу тут же исчезает за панелью со скоростью света.
Зарубин медленно засовывает руки в карманы темно-серых брюк и делает шаг ко мне. Я вжимаю
голову в плечи, а Юля на моей груди начинает мелко дрожать.
– Прочитайте и подпишите, Анна Николаевна, – приказывает он.
– Ч-что это? – мой голос чуть дрожит, звуча как-то жалко и тоненько. Чувствую себя
полнейшей идиоткой.
– Ваш новый трудовой договор. Приказ о переводе.
Я моргаю. Раз. Другой. Сердце начинает стучать в ушах так громко, что я почти не слышу
шелеста кондиционера. Стараясь не потревожить вцепившуюся в меня Юлю, тяну к себе открытую
папку.
Глаза бегают по строчкам, напечатанным идеальным канцелярским шрифтом.
«Приказ № 418/к… Перевести Ивушкину Анну Николаевну с должности младшего
администратора отдела обеспечения…»
Так. Стоп. Куда перевести? В уборщицы? На улицу по соглашению сторон с выплатой компенсации
за молчание о ребенке?
Спускаюсь взглядом ниже и спотыкаюсь о жирный шрифт.
«…на должность: Младший администратор приемной генерального директора».
Что? Какая приемная? У него в приемной сидят киборги с ногами от ушей и знанием четырех
языков! У них костюмы стоят как почка, а я слова путаю, когда на меня даже обычный курьер в
спешке голос повышает.
Младший администратор приемной... что это за зверь такой вообще? Да в нашем штатном
расписании отродясь не было такой должности! Я сама лично перешивала эти расписания в папки
полгода назад. Это несуществующая должность. Фикция.
Мой взгляд в панике скользит дальше, пропуская абзацы про должностные обязанности (какой-то
бред про «нестандартный график», «нахождение вблизи объекта опеки» и «обеспечение
психологического комфорта несовершеннолетнего члена семьи»), и намертво впечатывается в
цифры.
В графу «Должностной оклад».
Я перестаю дышать. Просто забываю, как это делается.
Смотрю на цифру, потом на пропись в скобочках. Снова на цифру. Нолики. Один, два, три…
Господи. Это какая-то жестокая шутка. Это ошибка кадровиков. Маргарита Павловна от страха
нажала на клавиатуре лишнюю кнопку. Да не одну, а парочку!
Эта сумма… намного больше того, что я получаю сейчас. Больше, чем мой отец, надрывающий
спину на стройке в дождь и снег, зарабатывает за полгода! Этих денег хватит, чтобы закрыть