— Батя, ушёл Гришка? — на двор въехала телега, которой управлял крепкий на вид темноволосый бородач. Он, хмурясь, осмотрел двор, и сплюнул. — Вот гад, а ещё брательник. Вы с матерью точно его сродили, али в лесу всё-таки подобрали? Совсем руками работать не хочет, сукин сын! Всё за лёгкой наживой тянет его. Стенькой Разиным себя возомнил, подись, токма подзабыл, паршивец, что тот поначалу знатным атаманом был. Чего забрал-то?

— Всю жратву, что в доме осталась, выгреб подчистую. Пришлось брехать, что ты баб да скотину на ярмарку повёз. Всё, мол продашь, да заморских здоровенных курей купишь, что с барана вымахивают, как их там, о, вспомнил, индюков целую дюжину грозился привезти. Ох и обозлился же Гришка, ох и кулачищами замахал. Петуха красного хотел пустить, да одумался, дурья башка, сам и потушил вместе с дружками, вона одна токма стена задета. Не насквозь, будет время — починим, когда этих молодцов за жабры государевы вои возьмут, — дед хмуро посмотрел на обожжённые брёвна и сплюнул, а офицер тем временем перевёл дух, потому что едва успел спрятаться, чтобы стоящие во дворе мужики не заметили его не вовремя. У него всё ещё оставались сомнения в том, стоит ли довериться этим людям или всё-таки нет. Но, с другой стороны, ему очень нужна была помощь, настолько, что он готов был рискнуть.

— Поеду я тогда, девок кликну с заимки, коли Гришка уехал, ирод проклятущий, вместе с дружками своими заклятыми, да Матрёну привезу. Пущай домой со скотиной возвращаются. А Гришку, вот помяни моё слово, батя, его же дружки первому же подпоручику сдадут и не поморщатся, — мужик сказал это довольно твёрдо, и офицер полностью уверился в своём желании просить у них помощи. Раз у них хватило мудрости, хитрости или чего ещё, чтобы успеть спрятать женщин и самое ценное, что может быть на хуторе — птицу и скотину, то хватит ума как-то помочь и ему, а уж его благодарность будет большой, это он мог и самому себе пообещать и им, только бы до тех подпоручиков добраться.

— Та не, пущай посидят чуток. Ничо с ими не случится там. Лето на дворе, не замёрзнут поди, а и замерзнут, уж ума хватит, несмотря на косы, печку затопить. Там хворосту вокруг глаза разбегаются, пару лет только им топиться можно. Да и шиповника там хошь литовкой коси, пущай оберут, коли заняться нечем, закупщикам царским сдадим, всё денежка ко двору будет. Той же Матрёне бусы каки купишь у коробейников. От радости-то будет. Поди, на этот раз пацанёнка от радости великой заделать сумеешь. А то все три дитяти — и девки…

— Простите, люди добрые, что прерываю, да и вообще притащился на двор ваш гостем незваным и негаданным, но мне очень нужна помощь, — офицер, не дав деду досказать, как именно тот видит процесс заделывания пацанёнка, слегка покачиваясь от усталости и щурясь из-за мельтешащих перед глазами мушек, вышел из-за избы.