— А в попытке развязать войну, пытаясь опорочить гостью? — теперь улыбнулась Филиппа. — Изабелле нужно будет очень сильно постараться, чтобы замять дело, и всем рассказать, что это была случайность. Например, я получила порез на лице шпорой сапога, когда подошла к окну, а там как раз лез Карл, дабы пожелать спокойно ночи даме, чьи покои расположены над моими. А ещё он начал падать и случайно, чтобы удержаться, ухватился за мой корсаж, а я просто всё неправильно поняла, да ещё и вазой его приласкала.

— Знаешь, государыня моя, я думал, что везу очень милую и умную девочку, которую Пётр Алексеевич может в итоге подавить, — Румянцев встал, на этот раз глядя на неё серьёзно. — Я рад, что привёз государю императрицу, — он поклонился и направился к выходу. — Завтра нам предстоит очень тяжёлый день. К тому же теперь всё время, пока мы «гостим» здесь, с тобой будет рядом находиться кто-нибудь из верных тебе людей и пара служанок.

— Я потерплю до Москвы, — она слабо улыбнулась и снова взяла щётку. — Ну а там государь, Пётр Алексеевич сумеет меня защитить.

— Фридрих вошел в Гельсингфорс, — Митька положил передо мною свёрток донесения, доставленного гонцом.

— Потери? — я выпрямился и отошёл от маленькой печки, в которой жёг уголь, чтобы сравнить имеющиеся образцы, и стянул рукавицы и фартук.

— Не столь велики, как могли быть, — Митька задумчиво смотрел на ровное пламя, бьющееся в печке. — Ласси сказывал, что и он не сумел бы лучше всё организовать.

— Отлично, — вытерев пот с лица платком, специально положенным на отдельном столе в мастерской, я только после этого развернул послание. — Ну всё же потери есть, хотя да, не настолько чудовищные, чтобы начать паниковать. И кроме этого, Фридрих не ожидает большего сопротивления, потому что силы Швеции практически себя исчерпали и им теперь не до Финского княжества, при доме бы остаться. Как идёт подготовка к вывозу женщин и детей из Астрахани?

— Полным ходом, — Митька оторвал взгляд от печки и посмотрел на меня. — Только мне так же, как и Татищеву, не совсем понятно место их вывоза…

— Это-то как раз просто, — я сел на табурет, стоящий возле стола. — Не слишком далеко, чтобы всё ещё чувствовалась угроза их безопасности, но и не совсем рядом, чтобы не волноваться за них во время битвы. Оптимальное расстояние, чтобы солдаты не расслаблялись, но и не дёргались, словно их за бока щиплют. Трубецкой прислал пробы породы с реки Лугань?

— Прислал. Молодой Ломоносов в них закопался, говорит, что зело жирные земли: и уголь есть, и железная руда встречается. Не так много, как в Сибири на Томи, но достаточно, чтобы начать добычу полноценную.