— Да хватает, — он растерялся от неожиданности вопроса.

— Хватает, — я задумчиво пальцем по губам провёл. — А не должно хватать. И поэтому, Василий Никитич, — я повернулся к Татищеву. — Год назад ты челобитную мне послал, что город хочешь основать вокруг крепости Ставрополь. — Я не помню, когда конкретно был Ставрополь основан, но, сдаётся мне, что позже.

Все нормальные и деятельные ставленники уже давно просекли, что ко мне можно и нужно обращаться с разумной инициативой, которая при внимательном рассмотрении скорее всего будет поддержана. Так и Соймонов с Татищевым, которые мысль о городе ещё несколько лет бы точно вынашивали, не решаясь обратиться к правительству, уже год назад должны были приступить к строительству.

— И как дела в городе святого креста обстоят? — спросил я, выдержав паузу.

— Хорошо обстоят, — осторожно ответил Татищев. — Не сумлевайся, государь, Пётр Алексеевич, город изначально закладывается, как ты велел, чтобы испражнения все не в выгребные ямы, а в селитряницы уходили, а в домах была подача воды с водонапорных башен и англицкие уборные, ну те, которые сливают всё, проталкивая в клоаки.

— Это хорошо, — я прищурился. — А скажи мне, Василий Никитович, сможет город тот всех баб с ребятишками из Астрахани вместить? Да к делу какому пристроить? В гошпиталях помогать, например, ещё где.

— Место-то найдётся, но для чего, государь?

— Да для того, что в Астрахани и окрест неё скоро так жарко будет, черти обзавидуются в преисподней. И ты хочешь в этом аду души безвинные оставить? А прорвут татары оборону, и что? В полон всех, до кого дотянутся, погонят? — Татищев совесть имел, поэтому под моим взглядом заерзал и потупился. — Полагаю, что задание для всех понятно. Три дня на обдумывание и разработку первоначального плана действий. Больше дать не могу, скоро события завертятся так, что не остановим.

Соймонов первым понял, что их только что послали работать, и вскочил. Татищев несколько задержался, всё намеривался что-то сказать, но так и не решился. В полном молчании они вышли из кабинета, а Ушаков задумчиво смотрел им вслед. После того как дверь закрылась, Андрей Иванович повернулся ко мне.

— Что передать Шафарову, государь, Пётр Алексеевич?

— А передай-ка ты ему, чтобы он предупредил Махмуда о том, что дядя собирается вернуть себе утраченный трон и весьма удобный дворец, и, в отличие от племянника, не оставлять предыдущего султана в живых, — я бросил взгляд на расчерченную вдоль и поперёк карту. — Да, сделать это он должен только после того, как войска Ахмеда придут в наступление, а они должны прийти в наступление только после того, как поезд императрицы пересечёт границу Российской империи в самой западной её части, я не хочу неожиданностей.