«Где же я его видел»? — размышлял я весь первый доклад, который зачитывала истеричка, оказавшаяся Дарьей Малышкиной, инструктором горкома ВЛКСМ.
Доклад был сух и резал ухо — обычный отчет. Даша закончила и села.
— Слово предоставляется Зырянову Владимиру Сергеевичу, заместителю начальника штаба ЦК ВЛКСМ на строительстве объектов КАТЭКа, — звонко сказала моделька.
«Вот оно чё! Наверное, летом видел в Шарыпово или Родниках», — с облегчением подумал я, перестав ломать голову.
— Я в крае, можно сказать, человек новый, всего третий год, до этого работал кровельщиком на Братском алюминиевом заводе, — начал парень.
И тут я вспомнил кто это на самом деле. Будущий бизнесмен, организовавший футбольный турнир на северном полюсе в двухтысячных годах.
Представьте картину. Северный полюс, конец апреля, мороз под сорок, разумеется, даже можно и не говорить. Все пьют водку, спирт и другие согревающие напитки, даже пилоты. Не пили два верующих человека, которые держали пост, пасха поздняя в тот год была. Играют в футбол, настоящий турнир был, зафиксированный в книге рекордов Гиннесса, так как ихний представитель ещё стоит на ногах. Выступает настоящая музыкальная группа, уж не помню название, и тут из-за торосов показываются собачьи упряжки, это известный канадский путешественник в команде из шести человек в этот день добрался до северного полюса, исполняя свою давнюю мечту — установить флаг своей страны на северном полюсе. И что он видит? Под сотню бухих русских, играющих в футбол под музыку. Человек, который был там, в футбольной команде, и рассказавший мне эту историю, уверял, что разочарованный канадец долго мотал башкой, и кричал «крези», и прочие слова из небогатого лексикона ругательств на английском языке. Пить не стал, развернул упряжку, и, говорят, ещё три месяца добирался назад домой.
И вот такой человек сейчас стоит и рассказывает про важность комсомольских строек. И ведь не спросишь же про тот случай, правда или нет? До этого матча ещё десять лет! Мог Серёга Марьин, тот самый футболист, соврать? Не знаю, парень веселый был. Хотя почему был, наверняка живёт ещё в той реальности.
— Толя, иди, тебе выступать! — толкнул с опаской меня, сидящий рядом здоровяк, вырвав из воспоминаний.
Выхожу, специально взяв с собой листки с моим текстом. Начинаю читать чуть ли не по слогам и тут же рву на части бумаги и сминаю в комок.
— Извините, не могу читать этот бред, что мне подсунули. Можно я расскажу сам всё, что хотел? Зачем Дарья писала этот текст, я не знаю, а очковтирательства я не люблю, — говорю я и под смешки зала кидаю комок в урну на краю сцены.