«Что это сейчас было? — размышлял я. — Он что –
поверил?». Его дело, а так я слушал бы, да слушал хвалебные речи. А ещё и послушаю, что за музончик там, на кассетах!
Глава 26
Ужин в гостинице. Кроме нас тут ещё и ГДРовцы, в том числе знакомая девочка, помешанная на значках. Ирма, так её зовут. Она просекла, что я владею дойч, и прицепилась ко мне как банный лист к… ну пусть будет к спине. Хватит волнений для моей задницы на сегодня, и так Микаэля подозревал во всех грехах смертных, и он, кстати, не оправдан пока. Ирма уже поменялась со мной десятком значков и в настоящее время терзает Мишку, выпытывая у него знания об обмененных с ним значках. Но Мишка, как я, коллекционером не был.
— Так… взял из дома несколько, — промямлил он.
А дома, как оказалось, у него хранились настоящие раритеты, и суровая фройлян с голосом сержанта Ничепорука из моего армейского прошлого, возбудилась так, что пока все значки не выменяла у незадачливого новосибирца, не успокоилась. Судя по азарту в её глазах, она бы ему и дала, если бы Мишка потребовал. Мишка, разумеется, не требовал, во-первых, комсомолец, а во-вторых, страшненькая она. А вот её подружка, тоже коллекционер, но марок, была нами с Мишганом осмотрена и признана годной. Обычная бабская схема — девушка выглядит красивее, если с ней рядом страшная подруга. Поэтому мы и не гнали Ирму из-за стола, ведь уйдёт и её подружка Марта.
— Не знаю откуда, дедовский ещё, — бубнил владелец раритетов про очередной экземпляр, завистливо глядя на меня.
Я в это время давал послушать очередной забойный хит с моего плейера.
— Я возьму в номер послушать? — обольстительно улыбнулась Марта, зная, как она красива, и что ей не будет отказа.
— Только со мной в комплекте! — резко отказал я.
Дашь такой ценную вещь — потом ищи-свищи и вещь и её — заиграет. Шутка, конечно, но сломать может, а жалко! Марта не обиделась, она не поверила, что я отказываю из-за жадности, а решила что это такой очередной подкат — мол, не хочу с ней расставаться. И это тоже. Правда, Мишка ей нравился больше, я это видел по её глазам, я для Марты молод, а Мишка — жених уже.
— О! А этот я помню откуда! Дядя Сева подарил! Он его перед войной получил, — услышал я возглас Мишки.
На ромбовидном знаке был изображен танк и надпись — «За отличное вождение».
— Удостоверенье? — по-русски коряво спросила Ирма, и стальной взгляд её серых глаз говорил, что это очень важно для неё.
— Не помню, дома может, или я брал его сюда? — бормочет Миша.
— Это я тоже беру, — говорит уже на родном языке Ирма и просит меня перевести.