Андрей вонзил острие ножа в грубую ткань возле узла из веревки. Раздался рвущийся звук. Он сделал несколько резких движений, перерезая веревки и распарывая бумагу. Содержимое начало вываливаться наружу с глухим стуком ударяясь о металлический пол.

Это было золото.

Не монеты. Украшения. Огромные, массивные, диковинной работы. Серьги-подвески величиной с ладонь, инкрустированные темно-красными камнями, похожими на запекшуюся кровь. Тяжелые кольца с головами зверей. Широкие браслеты, покрытые загадочным звериным орнаментом. Кулоны в виде оленей с ветвистыми рогами, отлитые с невероятной детализацией. Золотой гребень с тончайшими зубцами, увенчанный фигурками птиц. Несколько крупных, полых внутри золотых бусин. Работа древних мастеров была потрясающей. Каждая деталь, каждая линия были проработаны с такой тщательностью и экспрессией, что даже современные ювелиры позавидовали бы.

— Ахереть… — вырвалось у меня. Золотой блеск в тусклом свете салона казался нереальным, почти кощунственным на фоне недавней смерти. — Откуда это? Откуда⁈

Маловероятно, что в заштатном поселке имелся музей с такими сокровищами. Даже если и был, то таких раритетов в нём быть не могло. Это была кладовая древнего царя.

— Возможно, они курганы какие-то раскопали? — предположила Аня, завороженно глядя на рассыпанные перед ней украшения. Она осторожно подняла браслет, ощутимо тяжелый в руке.

Я тоже сразу подумал о курганах, но масштаб находки не вязался с обычными скифскими погребениями, которые я представлял себе по учебникам. И это мы вскрыли только один сверток! А в мешке их было еще штук пятнадцать.

— Как-то жирно для курганов, — выразил я сомнение. — Мне кажется, скифы своих покойников попроще одевали… Да и столько золота в одном месте?

— Ты судишь по тем курганам, что раскапывали в наше время, — возразила супруга, не отрывая взгляда от причудливых оленьих фигурок. — А представь, что их грабили в течение трёх тысячелетий! Кто только не поковырялся: и кочевники, и кладоискатели, и наши же «черные археологи». Да и официальные экспедиции не всё показывали, это факт. Одно колечко — государству, три — в карман.

— Возможно, — неохотно согласился я. — Только это ничего не объясняет.

— Я тоже считаю, что Аня права, — Андрей опустился на корточки рядом с золотом. Он осторожно перебирал украшения, его усталое лицо отражало смесь жадности и суеверного страха. — Я поначалу значения не придавал, но они частенько говорили о каких-то «раскопках». Я думал, они про развалины поселка говорят, ищут полезный хлам. Но теперь… теперь понимаю. Они нашли это.