и испытывать не собиралась. А потому и о беременности можно было не беспокоиться. Точка. С этими мыслями Вика встретила служанку и через несколько минут с наслаждением нежилась в горячей ванне с аромамаслами. Уильям проснулся поздно, с раскалывавшейся головой и отвратительным настроением. Помянув сквозь плотно стиснутые зубы всех возможных дальних предков своего нелюбезного отца, он с трудом поднялся с постели, стараясь не замечать кувалд, то и дело бивших по мозгу, и кое-как дотащился до стола. Там какое-то время искал флакон с лекарством от головной боли. Нашел. Сделал положенных два глотка. Посмотрел, сколько жидкости осталось. Снова выругался. Еще одна попойка, запланированная или нет, и придется в очередной раз идти на поклон к замковому лекарю – встречаться с его сестрой, старой девой, взамен нужного лекарства. То еще удовольствие – несколько часов развлекать никому не нужную дуру, вбившую себе в голову, что она выйдет замуж только за принца. Впрочем, тут и не принцы смотреть в ее сторону не желали – ни красоты, ни ума, ни состояния. Зато наглости и хамства полно. Ее брат, лекарь, устроил ее в замок личной служанкой жены владельца. Вот этим она, дура такая, и гордилась. Между тем средство подействовало. Голова перестала болеть. Можно было приводить себя в порядок и отдыхать. Внезапный выходной для Уильяма. Не так уж и часто у него случались выходные. Шут обязан каждый день развлекать господ. День обещал быть скучным и сонным. Как и любой другой день после бала. В принципе, так и случилось – до обеда. Уильям привел себя в порядок, позавтракал в своей спальне, почитал, освежая в памяти придворный этикет. Он тщательно подбирал себе развлечения, чтобы не выходить из комнаты. Ночной сон еще был свеж в памяти, как и вчерашний танец. И Уильяму не хотелось столкнуться с Викторией в коридоре. Не сегодня. Он еще не восстановил свое сильно пошатнувшееся душевное равновесие. Позже, завтра, когда сможет снова держать себя в руках, Уильям будет готов к любым встречам. По крайней мере, он сам так считал. Время стремительно приближалось к обеду, когда в коридоре внезапно послышался шум. Уильям жил в крыле для гостей-аристократов – одна из положенных ему привилегий. Вроде как аристократ. Недоделанный только. И значит, рядом с ним должны были находиться комнаты тех, кто якобы равен ему по статусу. Например, комната Виктории. При этой мысли Уильям вздрогнул, резко поднялся из кресла и, как был, в домашнем костюме, направился к двери. Потянул на себя ручку, выглянул в