Когда впервые вас я увидал,
То, благосклонным взглядом награжден,
Я больше ничего не возжелал,
Как вам служить – прекраснейшей из донн.
Вы, Донна, мне одна желанной стали.
Ваш милый смех и глаз лучистый свет
Меня забыть заставили весь свет.
Гильем де Кабестань 34
– Пятеро! Нет, ты можешь себе представить?! Пятеро! – горячилась Наташка.
– Не за один же раз, – пожала плечами Вика.
– Ты не понимаешь! Ну два, ну три, но пять! Это уже перебор!
– Ну так не у тебя же.
Несколько лет назад закончилась смена власти в мире с бастардами. Теперь там правили земляне. Они не стали менять образ жизни населения, но легализовали всех императорских бастардов. Теперь те могли вполне официально и работать, и вступать в брак, и вести свое дело. Но многие предпочли жить на Земле. Здесь у каждого из них появилась истинная пара, далеко не всегда из госструктур. Большинство подобных пар стали многодетными.
У Ириды, например, родилось пять детей. Наташка, узнав об этом, долго не могла прийти в себя. Она и второго-то рожать не хотела, говорила, что даже с няньками не справится. А уж когда их пятеро…
Вика таких криков не понимала – у нее было трое. Максик, Лидочка и Виталик. Больше ей боги детей не давали, за что Вика была сильно им благодарна.
– С другой стороны, – проворчала, немного успокоившись, Наташка, – так Степке и надо. Пусть теперь живет на работе, чтобы всех обеспечить.
– Добрая ты, – покачала головой Вика.
– Справедливая, – вскинулась Наташка. – А то что ж, только нам с тобой мучиться? Ты, кстати, на выходных что делаешь?
– К родителям моим едем, всей семьей, а что? – уже догадываясь о подоплеке вопроса, ответила Вика.
– Да так… Хотела тебе своих спиногрызов привезти…
Вика ухмыльнулась про себя. Нет, на этот раз она будет умной и второй раз разрушения любимой квартиры не допустит. Пусть Наташка сама со своими чадами справляется.
– Хитрая ты, – улыбнулся Уильям, прижимая к себе Викторию.
Ему понравилось, как ловко она выкрутилась из сложившейся ситуации. И подругу не обидела, и тем не менее нашла возможность отказаться.
– Я – рационально мыслящая, – ответила Виктория, всем телом прижимаясь к нему. – В конце концов, пусть вдвоем с Генрихом «развлекаются» со своими наследниками. У нас с тобой тоже должны быть выходные.
С последним утверждением Уильям как раз и не спорил. Он тоже всем сердцем любил те тихие спокойные дни, когда теща забирала детей на выходные и позволяла им с Викторией провести время так, как они сами хотят.
Вот и сегодня шебутная троица была у бабушки с дедушкой – разносила их дом и округу. А их родители радовались жизни в тишине квартиры. Легкий алкоголь вместе с закуской стоял на столе, как знак недолгой свободы уставших родителей. В бокале Виктории плескалось игристое вино, привезенное с собой кем-то из бастардов из бывшего мира Уильяма.