— А это у нас кто? Шаперон, два меча, странные ножны на пояснице, горящий ненавистью взгляд… Неужели и вправду — сам башелье Ромул Беллами? — Шаги незнакомца приблизились, а Буревестник едва не расхохотался: что, серьёзно? Образ дерзкого странствующего рыцаря действительно работал на все сто процентов! — Вот кому мы обязаны убийствами эльфов и возбуждением расовой ненависти!

— Убийствами эльфов и возбуждением расовой ненависти вы обязаны исключительно своему чванству, снобизму, высокомерию, ублюдочной моде отрубать носы случайным прохожим, бросившим на вас косой взгляд. А ещё — дурацкой манере одеваться, красить лица и всовывать себе во все части тела металлические колечки, — ровным тоном проговорил Аркан, чем вызвал весьма бурную реакцию.

— Что-о-о-о-о⁉ — Эльф в золочёных (или и вправду — золотых?) доспехах вдруг одним прыжком оказался перед лицом ортодокса. — А крепок, крепок! Ничего, я подрежу тебе сухожилия, и малыш употребит тебя… Когда ванъяр вернутся в Кесарию — нас будет ждать сильный, здоровый друг…

Эльф был красив — наверное, он мог бы понравиться многим женщинам, если бы не эти самые кольца: в бровях, ушах, одной из ноздрей и верхней губе. Может быть, будь их одно, два… А так — даже Флой вряд ли одобрил бы.

— Почему ты скалишься, собака? — Туринн-таурец явно пребывал в бешенстве от аркановского поведения. — Позволь, я ещё раз поясню тебе, что сейчас будет… Ты можешь убедиться в правдивости моих слов, глядя на алхимика, вот он, пред тобой! Так вот: я, Антиар Махтан, разрежу тебе щиколотки и запястья, и твоя кровь окропит священные корни мэллорна, ты рухнешь на землю и будешь наблюдать и чувствовать, как проникает в твоё тело благодатный…

— Много треплешься, Анчар Мохнатый, или как там тебя? — заявил Аркан. — Расскажи мне ещё, где ключ…

— Какой ключ? — Брови эльфа взлетели в недоумении.

Похоже, в засаде оставили не самого сообразительного из ванъяр. Какой-нибудь младший письмоводитель или помощник атташе по второстепенным делам…

— Тебя по объявлению взяли, м? — напирал Рем. — Конечно, от сокровищницы, где деньги лежат!

Буревестник уже был готов, оставалось только подманить эльфа поближе.

— Я понял, — внезапно успокоился Антиар. — Сок мэллорна уже проник в тебя и лишил тебя разума. Пожалуй, и вправду пора заканчивать.

Он потянул из ножен кинжал, явно намереваясь сделать то, что обещал. «Дефолианты, ауксины, фумиганты…» — пронеслось в голове Рема, и он двумя движениями откупорил пару склянок — подарков Агиса, которые алхимик вручил Аркану ещё при первой встрече, а тому никак не доводилось ими воспользоваться.