Вдруг маг будто подавился проклятьями и замер в странной позе, пытаясь дёрнуться, но явно не имея к этому ни сил, ни возможностей. Ничтоже сумняшеся, Рем шагнул вперёд. Что бы там ни было, отступить сейчас — значило предать Чертополоха, Агиса, Зайчишку и всё, во что он сам, Рем Тиберий Аркан, верил.

— Великолепно! — произнёс мелодичный и одновременно злорадный голос. — Два спасителя по цене одного. Видите, маэстру Агис, какая удача? Теперь малыш получит в качестве питательной среды не только вас, но ещё и сильного мага, и крепкого воина…

Рем почувствовал, как ноги его оплетают вьющиеся растения, не давая и шагу ступить. По крайней мере, так было задумано тем, кто устроил ловушку. У Аркана имелось на этот счёт своё мнение, знать которое таинственному ловцу было совсем не обязательно.

— Итак, — снова раздался всё тот же чарующий тембр, — у нас тут, похоже, сам маэстру Чертополох, авантюрист и любитель совать нос не в своё дело. Очень удачно, очень. Хватит вам уже будоражить магическое сообщество своими байками в стиле анархо-индивидуализма…

Аркан с отвращением осматривался. Действительно — Агис был здесь, но в каком бедственном положении!

Центральный зал консульства из-за стеклянного потолка и обширных витражных окон напоминал скорее оранжерею, да, впрочем, ею и являлся, поскольку в центре помещения расположился объект, явно имеющий своё сложное эльфийское название, но Рем вполне обоснованно посчитал его банальной клумбой. Земляная насыпь, обложенная со всех сторон тёсаным камнем, поросшая мхом и какими-то аленькими цветочками — что это, как не клумба?

В центре клумбы рос мэллорн. Небольшое, в человеческий рост дерево с серебристой корой и золотого цвета листьями… И именно там, у корней молодого мэллорна, замер в странной каталепсии Агис — храбрый и безумный алхимик. Моргнув, Буревестник понял, что ему не кажется: руки и ноги смарагдского кабатчика были оплетены серебристыми корнями мэллорна, корни эти уже проникли в плоть алхимика, причиняя ему бесконечные страдания.

— Интересный нюанс, дорогие файсэ эдайн… Подножный корм мэллорну не годится. Ему нужны экземпляры, обладающие выдающимися способностями, большой жизненной силой. Алхимик, ведомый местью за жену и дочь, маг — возмутитель спокойствия и нарушитель устоев — и… Кто это у нас тут? Да неужели?

Рем услышал шаги и скосил глаза: он не хотел выдавать истинного положения вещей и потому замер, притворяясь, будто, как и Эрнест Чертополох с Агисом, не может двинуться с места. Скимитар выпал у него из рук. «Ангелам своим заповедает сохранять тебя на всех путях твоих, и на руках возьмут тебя, да никогда преткнеши о камень ногу твою…» — У Аркана едва заметно шевелились губы, а пальцы рук лежали на перевязи со склянками и другими «спецсредствами» , как сказали бы прежние.