Скавр, Сухарь, Ослоп, Гавор и Тимоня переглянулись, а потом старый каторжанин, который знал Аркана с той самой злосчастной ночи в трюме корабля популярских вербовщиков, коротко выдал:
— Пст! — и двинул к соседнему руму — гребной скамье. Он просипел: — Мы на корабле, маэстру. Такое правило — гребут все!
Капитан Долабелла уважительно хмыкнул, когда герцог и его охрана расселись рядом с членами экипажа, а потом Аркан хохотнул и крикнул:
— Хоп!
— Давай-давай! — откликнулась вся команда и пассажиры, наваливаясь на вёсла. — Веселее загребай!
— Хоп!
— Давай-давай!
— Герцога на рум сажай!
— Хоп!
— Давай-давай!
— Оптиматов унижай!
— Хоп!
Барка Долабеллы пересекла Великий Рубон, прошла вдоль заросшего лесом берега примерно полверсты вниз по течению и, ведомая крепкой рукой капитана, свернула в скрывающийся в зарослях затон. Пассажиры барки оставили вёсла и встали у борта. Рем первым увидел чёрные знамёна с оскаленной рожей Красного Дэна Беллами, которые реяли над ровными рядами воинов в шапелях и чёрных коттах. В глазах у него защипало: его люди были здесь! Пять сотен отборных дружинников, настоящих зверобоев — они пришли к своему герцогу и своему Командору в самое сердце Империи!
— Бар-ра!!! — Клич ортодоксов разнёсся над речной гладью.
Воины заколотили оружием в щиты, затопали ногами, вызывая дрожь земли. Патрик Доэрти, всё-таки не усидевший в Цитадели, привёл отряд к условленному месту и выдвинулся вперёд. Два старых служаки — Шарль и Луи — немедля набросили на плечи Аркана чёрный плащ с багряным подбоем, а южанин водрузил на его голову герцогский обруч.
Один из офицеров подвёл под уздцы Негодяя, который прядал ушами и топтался на месте, косясь дурным глазом на своего блудного хозяина.
— Орра, мы были молодцами, — сказал Доэрти. — Восемнадцать дуэлей, две — от твоего имени. Мы всех убили. Одно нападение разбойников — и мы вычистили целое лесничество в герцогстве этого, как его… Краузе? Развесили вдоль дороги полторы сотни оборванцев, которые посмели тыкать в нас своим дрекольем…
— С табличками? — невесело усмехнулся Буревестник, поправляя на голове обруч.
— А как же! — вернул мрачную улыбку Патрик. — Через каждые пятьдесят шагов на дереве — труп. У каждого трупа — дощечка. На дощечке всякий может прочесть: «Он посмел напасть на Арканов»… Маэстру, а что дальше там написано?
Южанин весело смотрел на дружинников-ортодоксов.
— И так будет с каждым! — рявкнули воины.
Они явно готовились! Рем почувствовал себя так, как будто вернулся домой после долгого путешествия. Немного поразмыслив над этим, он подошёл к своему скакуну, хлопнул его по морде — и мигом взлетел в седло. Негодяй, показывая норов, тут же взвился на дыбы и громко заржал, взбивая воздух передними копытами. Аркан сжал ногами его бока, крепкой рукой заставил успокоиться и недрогнувшим голосом проговорил: