Но Ярослав сообразил. И послушал. И подумал. А потом решил поступить единственным, на его взгляд, верным способом. Встал и пошёл в гости к деду Любавы. С подарками, само собой, которые тащил нанятый дальний родич девчонки. Она с ним и его братьями парой дней раньше на таскание воды сговорилась за бронзовую монету. Дружны не дружны — но общались и жили неподалёку. Так что подрядить парня на помощь оказалось нетрудно.

Встретили нашего героя очень неприветливо.

Кузнец Мал олицетворял характерное для эпохи чувство юмора. И представлял собой «малыша» едва ли не размером с Ярослава. Тот ведь по местным меркам был огромным — и ростом, и весом. Кузнец же хоть и уступал ему заметно, но среди местных был весьма представителен.

Вышел такой. Брови пучком. Губы сжаты. Глаза злые. А за ним сын и трое племянников. Пожиже. Да. Но тоже довольно сильные физически по местным меркам. Видно, сказывалась особенность трудовой деятельности и относительно неплохое питание. Ибо кузнец всегда и всем нужен, а особенно нужен металл, который был в страшном дефиците.

— Зачем пришёл? — хмурым голосом спросил Мал.

— Ты храбро бился в битве. По жребию тебе досталась кольчуга. Но старейшины рассудили иначе. Я считаю, это несправедливо. Раз меня признали военным вождём, то мне судить, кто что получит, а не старейшинам.

И кивнул парню.

Тот споро подбежал и расстелил перед кузнецом кольчугу. На земле. Но не ту, что Малу выпало в долю, а доставшуюся Ярославу от Магни. Тот ведь умер от удара копьём в горло и кольчугу целую имел. А та, что Мал должен был получить, имела прореху в боку.

— Это не та кольчуга, — уже намного теплее произнёс кузнец, ощутимо оттаяв.

— Не та. Но ты взял опеку над Любавой. Не бросил в беде. Тебя же, считай, ограбили. Потому и кольчугу лучшую даю. И сверху три золотых, — произнёс Ярослав и, достав из кошелька три византийских солида, протянул их Малу. Шагнул вперёд, но недостаточно для передачи, то есть вынудил того самому пойти навстречу. От трех золотых не отказываются. Каждый ведь в дюжину серебряных дирхемов идёт. Целое состояние!

И кузнец шагнул вперёд. И протянул руку. И принял монеты.

После чего Ярослав попрощался и покинул усадьбу кузнеца. Сразу вступать в переговоры было не нужно. Люди здесь не быстрые. Соображают медленно. Вот пусть и переварит Мал с родичами поступок парня. Тот ведь пришёл и подарил огромную ценность. И ничего взамен не попросил ни словом, ни жестом. Вроде как справедливость восстанавливал. Но справедливость — штука субъективная. У каждого своя. И то, что хорошо было совету старейшин, совсем не годилось кузнецу.