— Всем назад! — рявкнул Мастер Варг. Игнорируя звон в ушах, он крепче перехватил свой массивный стальной камертон. И тут же издал резкий, стабилизирующий свист, который мгновенно погасил остаточные вибрации в воздухе. Тем самым, не дав стенам зала войти в резонанс и обрушиться им на головы.
В аудитории воцарилась гробовая тишина, нарушаемая лишь свистящим, хриплым дыханием Райана, которого лекари уже спешно укладывали на носилки. Никто не решался пошевелиться. Взгляды всех присутствующих метались между носилками и Элианом, застывшим у стены. Мастер медленно опустил жезл, будто он вдруг стал невыносимо тяжёлым. Даже стены, казалось, затаили дыхание вместе со всеми.
Элиан стоял, прижавшись к стене. Его рот был полон вкуса теплой крови, раскаленного железа и гари. Это была реальная, осязаемая цена ошибки. Теперь он понимал, почему кладбище за Цитаделью было таким большим.
Но хуже всего было то, что среди вкуса крови и страха, витавшего в комнате, Элиан снова ощутил ту самую тонкую нотку прокисшего молока. Она шла не от взорвавшегося камня и не от раненого Райана. Она шла из самого воздуха. Сама реальность вокруг них, словно гигантский инструмент, неуловимо, но верно начинала звучать неправильно. И Элиан был единственным, кто чувствовал эту надвигающуюся фальшь.
Он огляделся — никто больше не морщился, не бледнел, не замечал ничего странного. Лекари суетились над Райаном, мастер отдавал распоряжения, адепты жались к стенам, и всё это происходило будто в каком-то оглушающем спокойствии. Только его тело реагировало — липким потом, спазмом в горле, привкусом гнили на языке. Элиан сжал кулаки, пытаясь понять, откуда именно исходит это ощущение. Оно не усиливалось резко, а нарастало медленно, будто прокисало что-то огромное и невидимое, растянутое на весь зал. Он посмотрел на потрескавшийся куб, на носилки, на бледное лицо мастера — и понял, что никто из них не готов услышать то, что слышал сейчас он.
Терция. Архивы памяти
В конце третьего года обучения Элиана, которого держали в Ордене исключительно из жалости и ради черновых работ на кухне, внезапно включили в состав Первой экспедиции. Возглавлял её старший Настройщик Иеремия — сухой, педантичный человек, презиравший любые отклонения от инструкций. Цель была прозаичной: дальний форпост Ордена на восточной границе прислал донесение о находке полузатопленных руин древней цитадели, уничтоженной во время Великого Раскола.
Большинство адептов рассматривали это как нудную полевую практику. Для них руины были просто грудой известняка и ржавого железа, которые следовало очистить, обмерить и оценить на предмет полезных сплавов.