Иеремия посмотрел на парня с глубоким раздражением и усталостью.
— Довольно. Твоя синестезия окончательно лишила тебя разума. Ты слышишь гул испорченных сплавов и придумываешь сказки. Запишите в журнал: колокол идет в лом. А ты, Элиан, займись костром и не мешай работать.
Элиан подчинился, но внутри него всё пело и содрогалось. Он понял то, чего не знала вся наука Белой Цитадели: они жили на кладбище историй. Весь мир вокруг них был гигантской акустической библиотекой, где каждая чашка, каждый кирпич и каждый клинок кричали на своих частотах о том, что они пережили.
И в этой огромной книге, если прислушаться, фоновый резонанс реальности становился всё более пугающим. Пока адепты грели руки у костра, Элиан настроился на ночной воздух. Вместо привычного шелеста ветра в сознание просочился едкий, липкий, фальшивый привкус гнили. Небо над ними молчало, но эта невидимая болезнь Вселенной — разрушение базовых частот — просачивалась уже и в дикую природу.
Кварта. Школы резонанса
По возвращении в Цитадель Элиан обнаружил, что мир Настройщиков гораздо сложнее и опаснее, чем ему казалось из окон ученического класса. Белая Цитадель не была абсолютной властью. Она была лишь одним из трех полюсов силы.
В огромную Оружейную палату Цитадели прибыли делегации из других регионов для Ежегодного Синхрона. Но вместо мирного обмена опытом Элиан стал свидетелем того, как вековые разногласия едва не превратили священный зал в бойню.
В центре круглой залы, у огромной бронзовой наковальни, стоял Мастер Варг, представлявший школу Колокольщиков — традиционалистов Цитадели.
— Наша задача — держать каркас! — гремел Варг, тяжело опуская на стол массивный стальной камертон. Его звук на вкус Элиана был жестким, как сухой черствый хлеб. — Мир должен быть стабильным! Первозданный Звук дал нам идеальную форму. Мы обязаны запечатывать любые колебания, фиксировать стены, укреплять скалы, гасить любые аномалии жестким ударом. Изменения — это хаос! Ваша свобода разрушит фундамент бытия!
Ему противостоял высокий, бледный мужчина со впалыми щеками — Магистр Иероним из школы Органистов Подземных Городов. За его спиной стояли двое послушников, державшие длинные медные раструбы.
— Запечатывать? Вы глупцы, закопавшиеся в свои известняковые норы! — яростно выплюнул Иероним. В его голосе вибрировал низкий бас, принесший на язык Элиана вкус пережаренного, горького какао. — Мир — это живой организм, он должен расти и развиваться! Ваши колокола сковывают его, как кандалы! Мы строим наши пещерные органы, чтобы направлять потоки ветра и тектоническое давление, заставляя материю мутировать, меняться, перестраиваться. Стабильность — это смерть! Живая музыка требует движения, смены тональностей, эволюции! Вы душите планету своим порядком!