Ведьма шумно выдохнула, задержала дыхание и заискрила. Я не сводила с неё глаз и считала про себя. Раз, два… Она вспыхнула тёмным пламенем и обмякла, но я быстро вернула её в чувство.

— Мне нечего сказать, палач, — Химера устало съёжилась, враз постарев лет на двадцать. В чёрных волосах сверкнула седина. — Я не знаю, кто приедет следующим и кто уже в городе. И не знаю, у кого защитники, — глянула с кривой усмешкой. — Мы и прежде друг другу не доверяли, а когда одна известная ведьма при поддержке наставницы-палача упрямо пошла по следу…

— За что вас слили? — я проигнорировала провокацию.

— Не хотела, — она пожала плечами. — Устала. Всю жизнь загнанным зверем… Обещанные знания того не стоят. Я давно поняла, что не доживу до них. После первой же встречи с тобой поняла. Но у нас отпускают только на тот свет. Мне нечего тебе сказать.

Пульс подскочил на десять ударов.

— Неправда, — я прищурилась. — Точное число группы?

— Восемнадцать, — ответила сквозь зубы. — Теперь — восемнадцать. Ещё одного, вроде меня, вчера скормили наблюдателям.

А начальник скрыл, зараза…

— Имена. И прозвища.

Ведьма послушно перечислила.

— Главный кто?

— Сфинкс.

— Когда появится следующий? — я смотрела на неё в упор, шевеля пальцами и считая пульс. — Когда?

— Уже здесь, — выдохнула ведьма обречённо. — Должен был приехать этим вечером.

— «Должен был»… — кивнула я задумчиво. — Стало быть, мужчина, — и резко сжала трепещущее сердце: — Кто?

— Я слышала… вроде Циклоп, — выдавила она через силу и постарела ещё лет на десять. Красивое молодое лицо прорезала сеть глубоких морщин.

— Хорошо же вы «не знаете», Любовь Казимировна, — я улыбнулась и встала. — У кого защитники? — и сжала её сердце. Ведьма нервно задрожала и захлебнулась криком. — У кого? — и расслабила ладонь, шевельнула пальцами, успокаивая бешеный ритм. — Что вы ещё слышали… вроде?

Химера молчала, только взгляд помутнел до тёмной синевы.

— У кого? — повторила я резко. — И хватит давить на жалость. Я не верю ни единому вашему слову про «устала». Напомнить, скольких вы убили, гоняясь за знаниями для Ехидны? Вас, как дважды засвеченную, просто сделали… предвестником, — сжимая в левом кулаке сердце, правой рукой я невесомо погладила ведьму по голове. — Говорят, мозг — лучший кинотеатр. А яд — отличный галлюциноген. Посмотрим ваше прошлое? Особенно то, где…

— Не надо… — она сжалась и пробормотала: — Прозвища. Не мы выбирали. Нам их дали. Кому-то — для антуража, а кому-то… — и слабо кивнула в сторону окна.

Я посмотрела в окно. За «страшным» домом начинались пустые кварталы так называемой «Зоны» и вересковые холмы. Которые, кстати…