Потом, снова просканировав компьютером зуб и увидев, что воспаления нет, провёл заключительные манипуляции по установке постоянной пломбы. После этого покупался ещё немного и через следующие локальные сутки, вывел Василия Ивановича из дрёмы.
Государь, очнувшись в кресле, с недоверием оглядел мой кабинет.
— Я что, приснул? — спросил он и сделал движение губами, словно обследуя полость рта языком.
— Чёрт! — ругнулся он и даже не заметил это. — Как ты это сделал?
— Пока ты спал, государь.
— Но как⁈ — изумился Василий Иванович, продолжая шарить во рту языком. — Не болит!
— Вот, — я показал пасту, оставшуюся на пластинке и уже застывшую. — Этим замазал и всё.
— Этим? — государь схватил и стал трогать остатки окаменевшей субстанции пальцами.
— Только, государь… Этой мазилки очень немного. Её мне получилось сделать из живицы и особых веществ, коих мало и которые сложно делаются. Не сказывай никому, вдруг у тебя снова какой зуб заболит. Или у твоей жены Соломонии.
При упоминании имени его жены Василий Иванович вдруг посмурнел.
— Что-то случилось? — спросил я.
Василий Иванович вздохнул и глухо ответил:
— Случилось…
[1] Мидель-шпангоут.
Я напрягся, но вопрос не задал. Василий Иванович, продолжая ощупывать языком зуб и десну со всех сторон, помолчал, потом вздохнув ответил на немой вопрос.
— Хочу по новой венчаться. Нет у меня наследника, Федюня. А наследник для государя нужен. Не станут братья доделывать моё дело. Сам видишь, что князья и княжата не отпускают свои земли и всячески мешают мне править, а служить мне не хотят. Своевольничают. Считают меня ровней себе. Скольких уже я от себя отлучил, так дума боярская мешает. Я что решу, они не приговоряют… Сейчас хочу на Казань идти, так не дают на то своего приговора. А Казань брать надо. Так и продолжат татары набеги, если не взять. Что думаешь? Может видения какие тебе были?
Василий Иванович вздохнул и поднял взор на меня. Мы продолжали сидеть в моём кабинете и разговаривать. Нужно, чтобы прошло какое-то время. В горнице государя ждал Михаил Захарьин. Не мог я так быстро «замазать» мазилкой зуб. Вот и тянул время разговором.
— Что думаю про что, государь? — спросил я.
— А про всё сказанное, — хмыкнул Василий Иванович.
— Хм! Про второе венчание — то тебе решать! Не холопье дело вмешиваться и тебе советы давать. Сегодня ты так решишь, завтра иначе, апосля снова так. А наследник твоим делам нужен, да. И братьям твоим веры нет. Андрей зело нерешителен, а Юрий зело спесив. За мной к нему ещё вира неисполненная.
Государь нахмурился, но промолчал. А я не стал продолжать эту тему. Обсуждали мы её с ним два года назад.