— М-да. Тебя, олух царя небесного, в приличном доме служить просили, а ты словно варнак из дешевого кабака. Кто это его так, господа? — повернулся он к хозяевам имения.
— Я, — мрачно разглядывая полковника, коротко отозвался Егор.
— Вы⁈ — изумлению жандарма не было предела. — Шутить изволите, юноша?
— Да какие тут к бесу шутки, — прошамкал бывший слуга.
К физиономии его парень приложился основательно. Под глазом наливался солидный фонарь, а челюсть слева заметно припухла. К тому же еще и губы превратились в два наливающихся синевой вареника.
— Вы его что, поленом били? — продолжал недоумевать полковник.
— Кулаками, — все так же коротко отозвался Егор.
— Говорю же, звереныш истинный, ваше высокоблагородие, — снова зашлепал Алексей губами. — Вроде глянешь, недоросль обычный. А как до драки дошло, ажно страшно стало. Как есть звереныш, — закончил он, бросив на парня злобный взгляд.
— Поговори мне еще, паскуда продажная, — рыкнул Егор, медленно поднимаясь из кресла.
— Отставить! — скомандовал полковник, но парню на его команды было чихать с высокого минарета.
— Уймись, Егорушка, — негромко попросил дед.
— Как прикажете, Иван Сергеевич, — остановившись, прошипел Егор, одаривая бывшего слугу долгим злым взглядом.
— Итак, господин полковник, как прикажете все это понимать? — жестко поинтересовался Игнат Иванович, закидывая ногу на ногу. — С чего это вы вдруг взялись нам лазутчиков подсылать?
— Господь с вами, ваше превосходительство, — несколько смутившись, негромко вздохнул полковник. — Сложилось так, что по нашему ведомству стали всякие дела появляться, которые по рубежам империи случаются. И потому нам знать надобно стало, что там происходит. А ведомство ваше к своим делам никого подпускать не хочет. Вот и пришлось всякое придумывать.
— А просто договориться не пробовали? Говорят, помогает, — не удержавшись, фыркнул Егор. — Одно ведь, по сути, дело делаете. Разница только в том, кто где дела ведет.
— Вам бы, юноша, помолчать, пока серьезные мужи дело обсуждают, — вдруг вызверился полковник. — И вообще, я бы вас попросил…
— Бабу свою попросишь, — зашипел Егор в ответ, которого этот полковник своим снобизмом уже начал раздражать. — Спасибо скажи, что я дурака этого за лазутчика иностранного принял, а потому решил живым взять. Знай раньше, на кого работает, он бы у меня уже на дыбе визжал.
— А ведь племянник прав, — оборвал злобное шипение парня Игнат Иванович. — Осмелюсь напомнить, что он через всяких разбойников круглым сиротой остался, и потому лазутчиков всяких терпеть не может.