- Я не лишал её ничего, чего бы она не заслужила сама, - ответил он, и его низкий голос
мягко завибрировал где-то у меня в груди. - Инна привыкла, что мир - это шахматная доска,
где она всегда играет ферзем. Но она забыла, что правила игры пишу не я и не она, а здравый
смысл. Она заигралась в бога, Оля. А боги, которые крадут флешки у талантливых сотрудников,
быстро становятся смертными.
Он протянул руку и накрыл мою ладонь своей. Его кожа была горячей, и этот контакт прошил
меня насквозь электрическим разрядом. Я не отняла руку. Наоборот, я едва удержалась, чтобы
не прижаться к этой ладони щекой.
- Ты думаешь, я сделал это ради мести? - он чуть склонил голову, заглядывая мне прямо в
глаза. - Или чтобы показать свою власть?
- А разве нет? - я попыталась усмехнуться, но губы дрогнули. - Ты же стер их в порошок.
Всех. Одним махом.
- Нет, Оля. Я просто расчистил место, - он сделал еще шаг, и теперь я чувствовала его запах
- дорогой парфюм, кофе и что-то чисто мужское, надежное, как бетон. - Весь этот цирк,
который окружал тебя и путался между нами. Ублюдочный муж, который внушал тебе, что ты без
него - пустое место, и его подстилка... Инна, которая пыталась доказать, что ты - серая пыль
на её ботинках... Я просто убрал декорации, чтобы ты наконец-то увидела саму себя. И чтобы
они перестали красть у меня твое внимание.
Он осторожно коснулся кончиками пальцев моей скулы, ведя линию вниз, к подбородку.
- Ты сама спасла сделку с «ГрандИнвестом», Оля. Не я. Ты помнила цифры, когда у тебя украли
презентацию. Ты нашла в себе силы не разрыдаться, а выйти и победить. Ты юридически
разделала своего мужа, когда отозвала доверенность. Всё, что произошло сегодня - это не моя
победа. Это твой личный триумф. Я просто обеспечил тебе... безопасность на флангах.
Я смотрела на него и не верила. Всю жизнь мне говорили, что мой успех - это заслуга мужа,
его связей, его терпения. А сейчас этот мужчина, этот ледяной титан, стоял передо мной и
говорил, что я - самодостаточная сила.
Это было круче любого признания в любви. Это было признание моей души.
- И что теперь? - прошептала я, чувствуя, как на глаза наворачиваются слезы от
невероятного, пугающего чувства свободы. - Спектакль окончен. Лёши нет, Анфисы нет, Инны
нет. Я стою здесь в костюме за сотни тысяч, котррый ты мне купил... И не знаю, кто я теперь.
Верховцев чуть сжал мою руку, и его взгляд стал предельно серьезным.
- Теперь, Ольга Сергеевна, начинается самое сложное, - он чуть улыбнулся одними уголками
губ. - Территория свободы. Знаешь, в чем она заключается? В том, что тебе больше никто