говорит вовсе не о мультике, а о чем-то своем, скрытом глубоко внутри. - В мире, где всё
постоянно меняется и шатается, углы дают опору. Они не подведут. Если ты строишь из
квадратов, ты всегда знаешь, где заканчивается одна деталь и начинается другая. Это логично.
И безопасно.
Сын закивал так интенсивно, что чуть не свалился со своего места.
- Вот! Я говорил, мам! - торжествующе воскликнул он, глядя на меня. - Из них можно
построить человечка, и он будет очень сильный!
Я смотрела на них двоих и чувствовала, как в горле встает ком. Верховцев, этот беспощадный
босс, сейчас на полном серьезе обсуждал философию геометрии с моим ребенком, чтобы тот
почувствовал себя правым. Но, кажется, за сегодняшний день это было уже не самое
удивительное.
Прошло около часа.
Однообразные звуки стройки из мультфильма действовали гипнотически. Я видела, как веки
Антоши начинают тяжелеть. Он всё еще сжимал в одной руке хрустальное пресс-папье, а другую
положил под щеку, устроившись на диване. Его движения становились всё более медленными,
пока, наконец, он окончательно не обмяк.
Мой сын вырубился мгновенно, прямо посреди фразы о каком-то там крипере.
Я хотела подняться, чтобы переложить его поудобнее, но Верховцев опередил меня и подошел к
дивану совершенно бесшумно. Я замерла, наблюдая за тем, как этот большой, сильный мужчина
осторожно, чтобы не разбудить, высвободил хрусталь из маленьких пальчиков Антоши. а потом
взял невесть откуда появившийся кашемировый плед и накрыл им его.
Он поправил край пледа у самого подбородка моего сына так бережно, что у меня перехватило
дыхание. Это так выбивалось из всего, что я о нем знала, что мне стало по-настоящему
страшно. Потому что забота оттакого человека - это оружие посильнее
любого хамства. Это то, против чего у моего сердца нет никакой защиты.
Верховцев выпрямился, посмотрел на спящего ребенка, а потом перевел взгляд на меня. В
полумраке гостиной его глаза казались почти черными.
- Пусть спит, - сказал он негромко. - Теперь мы можем спокойно поговорить. Идем на кухню.
Глава 38. Ужин
Я вышла за ним с учащенно застучавшим сердцем. Похоже, именно сейчас нам предстоял
разговор, которого я боялась и одновременно ждала.
Верховцев шел впереди, невольно притягивая взгляд к своим широким плечам и атлетическому
торсу. А я плелась следом, чувствуя себя какой-то жалкой и потерянной, словно девчонка,
которую вызвали к директору.
- Ты голодная? - риторически спросил он и тут же, даже не оборачиваясь, бросил через плечо:
- Я закажу ужин из ресторана внизу. Поешь нормально. И поговорим.