которые я считала давно мертвыми. Это был поцелуй-клеймо, поцелуй-присвоение, от которого по
телу прошла обжигающая волна.
Когда он наконец отстранился всего на пару сантиметров, его темные глаза горели таким
огнем, что у меня снова закружилась голова. Он сжал мою талию крепче.
- И еще, Оля. С этой минуты больше ничего от меня не скрывай. Никаких тайн, никаких
самостоятельных попыток разобраться с мужем. Никаких «я не хотела тебя беспокоить». С этого
дня твои проблемы - это мои проблемы. Договорились?
Я смотрела в его лицо, такое близкое, мужественное, и понимала, что только что добровольно
сдалась в самый прекрасный плен в своей жизни.
- Договорились, - прошептала я.
Глава 40. Холодная вендетта
Я проснулась от тишины. Но это была не та пугающая пустота, что преследовала меня последние
дни, а какая-то... обволакивающая, дорогая тишина пространства, в котором всё служит только
одной цели...
Твоему комфорту.
Я приоткрыла глаза и уставилась в потолок. Высокий, идеально белый, с едва заметной
дизайнерской лепниной по краям. Гостевая спальня в пентхаусе Верховцева. Мозг лениво начал
подкидывать картинки вчерашнего вечера, и я невольно натянула одеяло до самого подбородка.
Кашемир ласкал кожу, а в воздухе плыло нечто совершенно нереально ароматное.
Запах. Господи, этот запах...
Дома у нас утро всегда пахло подгоревшими тостами - Лёша вечно отвлекался на телефон и
забывал про гренки, - кислым вчерашним чаем и какой-то липкой, густой нервозностью, которую
можно было резать ножом. А здесь? Здесь пахло горьким, запредельно дорогим кофе и чем-то
сладким, уютным, тягучим.
Карамель?..
Свежая выпечка?..
В квартире одинокого, вечно занятого генерального директора, который, кажется, питается
исключительно энергией больших денег?..
Я осторожно повернулась на бок и замерла. На прикроватной тумбочке, прямо рядом с моей
рукой, лежала лаконичная белая коробка. Последняя модель смартфона. Рядом белела короткая
записка, написанная размашистым, жестким почерком: «Твой старый телефон остался в машине.
Пользоваться им небезопасно. Это - твой новый. Все твои данные внутри».
Дрожащими пальцами я взяла гаджет. Он был тяжелым и холодным. Нажала на кнопку
разблокировки, и у меня перехватило дыхание. На заставке стояла та же фотография, что и на
моем старом телефоне - Антоша в парке, смеющийся, с перепачканным мороженым носом. Я зашла в
контакты - и там оказалось всё на месте. Фотопленка, заметки, даже мои дурацкие списки
покупок... всё было перенесено с какой-то завораживающей точностью.
Верховцев не просто купил мне вещь. Он вломился в мое цифровое пространство, выпотрошил его