ничего не заметив. Ни моего запаха кофе. Ни моей тени. Ни краха того, что когда-то называл
«семьей».
Дверь кабинета осталась приоткрыта. На полу валялась белая пуговица с блузки Анфисы. Я
вдруг отдала себе отчёт, что до сих пор держу в руке кофе, и его запах стал горьким, как
обугленный сахар.
Я сделала шаг. Потом второй.
И только тогда мои колени вспомнили, что они умеют сгибаться. Я медленно, как слепая,
добрела до самого тупика коридора и прислонилась там к стене лопатками. Мимо прошла Светка,
что-то громко рассказывая по телефону. Она меня не увидела. И мне показалось, что это
правильно: меня действительно никто сейчас не мог увидеть. Потому что меня тут нет.
Я - пустая оболочка,упирающаяся спиной в холодную стену.
Я не плакала. Слёзы - это тепло. А во мне был только холод. Холод и мертвая тишина. Как в
морозной комнате, где кто-то разбил стеклянную вазу, и осколки разъехались по полу, не издав
ни звука.
«Моя витрина разбилась», - сказала я себе и услышала, как это звучит внутри головы.
Лаконично. По делу. Без истерики. Как будто кто-то зачитывал протокол: «Витрина разбилась.
Экспонаты не пострадали».
Глупость… но я чувствовала всё именно так.
И вместе с этим простым предложением внутри меня что-то перестроилось, обмерзло, приняло
новую ледяную форму. Казалось, что даже мои лёгкие дышат льдом, а не воздухом.
Я стояла и понимала: та женщина, которая десять минут назад несла кофе «просто так»,
закончилась. Новая ещё не знала, как ходить и что говорить. Но она точно знала одно: назад
пути нет.
И в этот момент я вдруг как со стороны услышала собственный голос, тихий и какой-то чужой.
- Всё, - сказала я в пустоту. - Всё.
Кто-то из нашего отдела заглянул в мой тупик и спросил на ходу:
- Что - всё?
Но я не ответила и прошла мимо, возвращаясь на свое рабочее место. Потому что это «всё»
было только моим.
Моим холодным началом конца.
Глава 5. Приказ генерального
Я сидела у себя за столом и смотрела на экран, где ровными рядами выстраивались цифры
отчёта. Они складывались и умножались, строили графики, подсвечивались зелёным и красным. Но
я не видела ничего. Каждая цифра превращалась в узкую полоску света сквозь жалюзи на двери
кабинета. И в этих полосках снова и снова мелькали чужие тени.
Его дергающиеся ягодицы. Её поскуливания. Шум их дыхания и шлепки кожи о кожу.
Я сидела, потеряв ощущение времени и впервые тупо забив на работу. Коллеги то подходили к
принтеру, то обсуждали кофе, то смеялись над чьей-то шуткой. Все жили в своём ритме. А я…
Я застряла в той полосатой тени.
Даже не заметила, как мои пальцы без конца жали клавишу «Delete». Стирала текст, писала