легкий выговор ради порядка в компании.
Верховцев выпрямился и посмотрел на меня сверху вниз. Этот взгляд прибил меня к ступеньке
сильнее, чем рука на пояснице. Хотелось даже голову в плечи втянуть от переизбытка
генерального внимания.
Я вздохнула и, не в силах вынести это странное интимное напряжение, всё же рискнула
пошутить еще разок:
- А вы… всегда так тщательно проверяете сотрудников на прочность?
Его бровь слегка приподнялась. Я так и не поняла, одобрил он мой тон или проигнорировал.
- Зачем вы подыгрываете мужу? - спросил он внезапно, и воздух снова словно загустел между
нами.
Вопрос был, как нож под рёбра. Я даже не ожидала. Сердце ухнуло вниз, и на секунду мне
захотелось признаться во всём. Но нельзя. Нельзя выдавать свой план.
- Иногда люди просто выбирают меньшее из зол, Максимилиан Евгеньевич, - ответила с кривой
улыбкой и неожиданно для себя добавила: - Я не из тех, кто ломает дом с фундамента… даже
если иногда очень хочется стукнуть кувалдой. Уж слишком хорошо знаю цену обломков.
Слова прозвучали громче, чем я планировала, но взгляда всё равно не отвела.
Верховцев молча продолжал смотреть на меня сверху вниз.
Я внутренне заёрзала, чувствуя себя как школьница, пойманная за чем-то запрещённым. Только
после этого генеральный протянул руку, помогая подняться. Когда я встала, он чуть задержал
мою руку и отпустил со словами:
- Не пытайтесь быть слишком правильной. Это дорого стоит.
Я сглотнула. Что это - опять предупреждение? Или проверка?
Но Верховцев уже шагнул к двери в коридор и бросил через плечо:
- Завтра подготовьте для меня отчёт по сделке с подрядчиками, Ольга. Лично и без
посредников. Вашего мужа я оповещу.
После чего сдержанно кивнул мне и вышел.
Я осталась стоять на лестнице, слушая, как сердце выбивает сумасшедший ритм. Это задание
фактически вырывало меня из интриги мужа с прикрытием его любовницы, но внутри я держала
только одну мысль…
Впервые в жизни меня тянуло к мужчине так сильно, хотя я четко понимала: он не для таких,
как я.
Глава 14. Первая маленькая победа
Ночью я почти не спала - крутила в голове новую схему своей маленькой финансовой
самозащиты. Если всё пойдёт по плану, часть денег уйдёт в личный резерв, и тогда я смогу
дышать свободнее. Даже мысль об этом давала странное ощущение опоры, как будто я тихонько
строю собственный парашют, пока самолёт всё ещё летит.
Утро встретило нас вязкой тишиной. Даже чайник, казалось, закипал медленнее, будто
подстраивался под это напряжение.
Сын сидел на высоком стуле, ковырял ложкой кашу и, как обычно, строил из неё башню.
- Осторожно, - сказала я, улыбаясь. - Если твоя башня упадёт, маме придётся вызывать