Она посмотрела на меня с решимостью, которая ничем не разрешилась, – очевидно, ей нечего было сказать. Она промолчала.
Я встал, извинился и направился к выходу из трущоб. На улочке с магазинчиками меня догнал Навин.
– Лин, – сказал он, – подожди.
– Как справляешься с утраченной любовью? – спросил я.
По незнанию я коснулся больного места.
– Что это значит? – гневно спросил он.
– Ничего не значит, я не хотел тебя обидеть. Не дуйся, сегодня мне и без того тошно.
Когда я дошел до того места, где стоял мой мотоцикл и детишки все еще играли прямо на улице, я почувствовал, что кто-то тихо подкрался ко мне сзади.
Я резко обернулся, схватив приблизившегося одной рукой за горло, в другой у меня уже был нож. Это была Карла. Я опустил руку.
– Тут-то ты меня и поймал, Шантарам, – сказала она, не шелохнувшись.
– Тут-то я тебя всегда и ловлю. А если ты будешь так подкрадываться к людям, крошка, то это может доставить тебе серьезные неприятности, – сказал я, пристроив руку на ее ягодицах.
– Фраза прямо из какого-нибудь американского гангстерского фильма.
– Ты просто не представляешь, каким американским гангстером я могу стать сегодня.
– И это избавит меня от неприятностей?
– Может быть, и нет. Может быть, надо подвесить колокольчик на твой браслет.
– Может быть, – промурлыкала она.
Я поцеловал ее, мечтая, чтобы она все время была со мной.
– Не так прытко… – произнесла она, отодвинувшись. – Ты уже хочешь захватить Трою, а корабли еще не пристали к берегу.
– Не могла бы ты уточнить свою мысль в горизонтальном положении?
– В твоем нынешнем жилище или в моем? – рассмеялась она.
– В любом, лишь бы в нынешнем.
Она опять засмеялась.
– Мы неправильно себя ведем, – сказал я. – После горы мы ни разу не были вместе. Тебе не кажется, что это слишком долго? Мне кажется.
Можно было подумать, что я откалываю необыкновенно остроумные шутки, – с каждым моим словом Карла смеялась все сильнее и, начав задыхаться от смеха, попросила не смешить ее.
– Карла, из-за тебя я перестаю трезво соображать. Знаешь, бывает чувство, когда тебе кажется, что ты абсолютно во всем прав. У меня такое ощущение возникает, когда я с тобой.
Она перестала смеяться и смерила меня взглядом с ног до головы. Не знаю, что заставляет людей мерить меня взглядом с ног до головы, но со мной это случается.
Она поцеловала меня. Я тоже поцеловал ее. Меня поливал дождь, били волны, и где-то внутри было место, где мы танцевали, – нет, лучше: она целовала меня.
Она дала мне пощечину.
– Черт побери! А это за что?
– Возьми себя в руки. Я думала, ты понимаешь. Я же говорила тебе. Либо ты участвуешь в этой игре вместе со мной, либо я играю одна. Выбор за тобой.