И такой мыслительный хаос не стихает до самого утра. Данил, Костя, Костя, Данил… Костя, Костя… Самое паршивое, что впереди два выходных дня, а значит я смогу истязать себя еще очень-очень долго.
От отчаяния я даже хочу поехать в ближайший фитнес-зал, чтобы купить себе абонемент и лишь в последний момент передумываю. Ну какие мне сейчас тренировки? И так еле на ногах держусь от недосыпа и морального напряжения.
Отдельно бесит нахождение в фоновом режиме ожидания. Чего именно я жду — сама не понимаю. То ли появления Данила с извинениями, то ли сообщения от Кости.
Но если на последнего за молчание злиться не получается, то Данила к обеду я начинаю практически ненавидеть. За то, что запудрил мозги, заставив поверить в то, что действительно разглядел во мне что-то уникальное. За то, что ушел без объяснений, тогда как очень нуждалась в поддержке. Костя никогда не говорил мне ободряющих слов, зато не поленился приехать. И не закрой я перед ним дверь вчера, он бы точно меня не отпустил.
Мысленно я даю Данилу время до двух часов, и когда ничего не происходит, решительно отправляю его номер в черный список. Если будет очень нужно — сумеет меня найти. А если нет… Тогда пошел он к черту.
С этими мыслями я снова падаю на диван и накрываюсь пледом. Тело бьет озноб, хочется плакать. Вдруг становится страшно, что я нанесла слишком сокрушительный удар по самолюбию Кости и он больше никогда не даст о себе знать. И что Данил вычеркнул меня из жизни, потому что вторых шансов не дает.
Дзынь!
Оторвав мокрую щеку от подушки, я судорожно хватаюсь за пискнувший телефон. При виде входящего сообщения в крови стремительно распространяется адреналин.
«Через час будь готова. Заеду за тобой».
Раздавшийся стук в дверь заставляет резко вскочить с дивана, на котором я сижу без движения вот уже двадцать минут. В голове стучит набатом: «Вот и все. Назад пути уже нет».
Приказав себе успокоиться, я приглаживаю волосы, распрямляю спину в намерении транслировать уверенность и неспеша иду в прихожую.
Мы просто увидимся. Это не запрещено и не карается законом. Да и у меня по сути выбора не было — после такого-то бескомпромиссного сообщения.
Я надавливаю на ручку и аккуратно открываю дверь, верная установке вести себя с достоинством.
— Не слишком-то ты нарядилась, — резюмирует Костя, оглядев мой незатейливый образ: джинсовая юбка и толстовка-хенли. И усмехается: иронично, по-доброму.
— А я разве должна была? — я приподнимаю бровь, удовлетворенная тем, как спокойно и уверенно звучит голос. — Это же ты хотел увидеться.