Господи, — надрывно орут голоса в голове. — Только не сейчас…. Он все видел? Нет-нет, пожалуйста!
— Диана!!! На хера ты глухой-то притворяешься?!
Прежде, чем я успеваю обернуться, ладонь Кости опускается мне на плечо и рывком разворачивает к себе. Его глаза, налитые бешенством оказываются прямо перед моими, дыхание с запахом сигарет горячими волнами бьет в лицо.
— Кто это был? Какого хуя он здесь трется? — Желваки на его скулах вздуваются до пугающих размеров, рука сильнее сдавливает плечо. — Бля, Диан, отвечай, быстро…И ради собственного блага не вздумай мне пиздеть.
— Отпусти меня, — лепечу я первое, что приходит на ум.
— А я тебя держу, что ли? — рявкает Костя, но хватку на моём плече всё же ослабляет и даже отходит назад.
Получив толику свободы от шока и энергии подчинения, волнами исходящей от него, я понемногу прихожу в себя. Мозг проворачивает мысли со скоростью блендера. Во-первых, между мной и Данилом не произошло ничего, что заслуживало бы порицания. Он просто поцеловал меня в щёку на прощанье, и всё. Во-вторых, мы с Костей больше не вместе, и он не имеет права контролировать мою жизнь. В-третьих, именно он стал причиной нашего разрыва, что совсем не мешает ему продолжать устраивать тусовки и приглашать туда шлюх.
— Зачем ты приехал? — чеканю я, немного отрезвев от поднимающейся злости. — Надоело куражиться в компании проституток?
— На хуя ты тему переводишь, Диана? — цедит Костя, сверля меня глазами. — Что за хер это был?
Внутри слабовольно ёкает. Разве я когда-то могла представить, что придётся отвечать на такие вопросы? Всё мужское население планеты было для меня одним большим серым пятном, и лишь фигура Кости была цветной и значимой. Я даже не могла оценить красоту и харизму мировых знаменитостей — настолько он всех их затмевал в моих глазах.
— Это не твоё дело, — прочистив горло, сиплю я.
— То есть ты от меня съебалась, чтобы работать говорящей башкой за копейки и трахаться с кем попало, так что ли?
Да, его грубые нападки — это именно то, что надо. Они заставляют меня злиться, вызывают желание не только защищаться, но и нападать.
— Нет, Костя. Я от тебя съебалась, потому что ты отнёсся ко мне как к резиновой кукле и подсунул меня своему приятелю.
— То есть ты решила отомстить мне и замутила с первым встречным?
— Я ничего не решила, — мой голос пропитан ядом. Теперь, когда я вижу, что ему не всё равно, мне эгоистично хочется ещё сильнее его отравить. — Но знаешь, приятно узнать, что кто-то не относится ко мне как к вещи.
— Блядь, ты моя, ясно?! — оглушительно орёт Костя и всаживает кулак в стену. — Я был твоим первым, им и останусь!!!