На растяжках через блоки крепились разные керамические груза, которые двигались вверх-вниз, и, в зависимости от количества, давали нужную нагрузку. Всё, как и в «обычных» тренажёрах, только они были деревянными. Мы с Алексеем «разработали» целый комплекс тренажёров и были ими очень довольны, так как результат работы на них был очевиден уже через полгода.

Так вот, физически я окреп, но лицом, всё-таки, не выглядел взрослым. Голландец с этого вопроса и начал.

— Почему боярин Морозов, считает, что вы можете вести дела? Ведь вам ещё нет шестнадцати лет, верно ведь? — Спросил Дэвид Рутс.

— Потому что я расплачиваюсь за товар не через год, а сразу. Могу даже половину суммы заплатить вперёд.

— Да⁈ — удивился голландец. — Это меняет дело, хотя и непривычно. Обычно русские купцы предпочитают торговлю в кредит.

— Я не совсем русский, — улыбнулся я.

— Да, боярин Морозов рассказывал, что ты чуть-ли не персидский принц?

— Почему, чуть-ли? У меня есть документ о моём рождении, но он написан на персидском.

— Я знаю персидский язык и с удовольствием бы ознакомился с твоим свидетельством о рождении.

— Хм! — произнёс я, и достал документ.

Мы сидели в европейской гостиной с двумя диванами, четырьмя креслами, столом и стоящими вокруг него деревянными стульями с высокими спинками.

— Хм! — хмыкнул голландец и покрутил головой. — Действительно. Не хотите сесть на персидский трон?

Я посмотрел на Рутса и улыбнулся правым уголком губ.

— Это не реально. Давайте поговорим о реальностях.

— Зря вы так думаете. Совершить переворот не так уж трудно. Трудно подобрать легитимного правителя, чтобы соответствовал династическим требованиям. Иначе он у власти долго не продержится. Возьми, как пример, попытки взять бразды правления Россией царевичей Дмитриев и даже сына Василия Шуйского.

— Тут мало одного династического родства, — сказал я. — Важно, есть ли у претендента поддержка? У меня в Персии поддержки нет.

— А в России? — задал странный вопрос Рутс.

— При чём тут Россия?

— Э-э-э… Ну, как причём? Видно же, что ты думаешь о власти. Кровь не даёт покоя. В тебе сидит жажда власти. Она в крови. Подумай об этом. Нельзя упускать возможности. Бог не простит. Он даёт человеку возможность возвысится. У тебя нет иного пути, как наверх. Другой путь — гибель. Тебе не дадут просто жить. Ни шах Аббас, ни его люди, ни его противники. Они найдут тебя и или убьют, или вознесут на трон. Других путей нет.

— А зачем ты мне об этом говоришь, гер Рутс? Разве я просил тебя меня поучать в этом деле? Мы пришли договариваться о ведении торговли.