Вот уже рукой подать до корчмы, но тучи наконец пересчитались между собой, решили, что пора, и ударили ветром и мокрым снегом. В последний момент Ласка спешился на ходу и вбежал с конем на коновязь под навесом. Отдал коня на попечение рослому неразговорчивому мужику и прошел в корчму.

Корчма внутри оказалась предсказуемо просторной, потому что дом и снаружи выглядел немаленьким. Целый, не стыдно сказать, зал с неподъемными столами и лавками. Посередине широкий проход к стойке, разделяющий зал на две половины. Две большие компании смогут отобедать в своем кругу, не задевая друг друга. Под потолком целых три люстры-колеса со свечами. Подавальщик выбежал навстречу из кухни, держа две кружки с пивом и две миски, от которых шел запах вареного мяса и кислой капусты.

У прохода справа сидели двое мужиков, по виду ремесленники. У прохода слева — двое православных монахов, пожилой и молодой. Дальше вправо — служивые литвины. Дальше влево еще какие-то силуэты. Ласка отыскал взглядом красный угол с иконами, перекрестился и сел слева за пустой стол у прохода, не навязывая свое общество монахам.

На улице послышалось конское ржание и скрип колес. Захлопали входные двери, и зал начал наполняться людьми. Вот купец с двумя не то приказчиками, не то охранниками. Вот остзейские немцы, видно, что отец и сын из мелких дворян. Вот еще трое служивых литвинов с аркебузами. Вот небольшой свадебный поезд: молодые жених с невестой, дружки жениха, подруга невесты, два дядьки и тетка среднего возраста.

Зал полон. Корчмарь сдвинул слева два больших стола для свадьбы, а остальные посетители уплотнились к себе подобным. Ласка пересел к немцам, те окинули его оценивающими взглядами и вежливо, но с достоинством кивнули, не произнеся ни слова.

Кружки бились о кружки, ложки стучали о тарелки. Бегали подавальщики, их оказалось двое. На стол к русскому и немцам подали блюдо с лазанками. Лазанки это такие квадратики из пшеничного теста, которые варят, а потом заливают жареным луком с салом. Здесь в горшок с лазанками повар добавил и мясных обрезков, и капусты для вкуса.

Вошел старик-кобзарь в плаще с капюшоном. Даже лица не видно, только борода торчит. Остановился посередине. Посмотрел по сторонам.

— Сыграй, диду! — крикнули из-за свадебного стола.

Кобзарь оглянулся. Сидя, конечно, играть сподручнее. Ремесленники вытащили ему короткую лавку.

Сел. Провел по струнам. Весь зал перестал стучать ложками и повернулся к нему.

— Близится гулянка к завершенью

Закончен пир за праздничным столом

Сидит старик в неведомом томлении