Какие интересные громкие слова. Я по сути человек миролюбивый, но иногда на моём языке появляются острые лезвия:

— А в Айурэ теперь преступлением считается встреча с родственницей? По какой причине я должен был доносить о встрече с ней и, главное, кому? Насколько я помню, ни в одном новостном листке не было написано, что она преступница или опасна, или что о её появлении следует незамедлительно сообщить первому постовому грачу. Даже больше скажу, про ритессу Лил не было написано ничего и нигде. Никто не объявлял её угрозой обществу. Я счёл, что раз она свободно перемещается по городу, то у тех, кто её проверял после Ила, нет к ней никаких вопросов.

Удо Траугесланд посуровел, когда мяч от игры в донг оказался не то, чтобы на его стороне поля, а прямо в сетке. Уголок рта у лорда Авельслебена дёрнулся, столь незаметно, что только по чистой случайности можно было понять, что он скрывает улыбку.

Старик нахмурился и сказал с неожиданной злобой, поворачиваясь к другим:

— Риттер ткнул нас носом в ошибку, скажем так. И поручусь, что он не ошибается. Любезные, как можно было упустить подобное, имея на руках всю информацию⁈ Эта… с вашего позволения «ритесса» совы знают сколько лет провела в Иле, появилась при странных обстоятельствах, и кое-кто из экспертов даром клюёт своё зерно, раз он не увидел под милой оболочкой опасное для города чудовище!

Золотые слова он произнес, дери меня совы. Они запустили мою мысль и, кажется, спустя месяц, я понял, что сии судьи желали бы услышать. Скажу им об этом, как только представится случай.

— Они наказаны? Те, кто не оценил угрозу? — между тем, продолжил старик.

Представитель Школы Ветвей поёрзала на стуле, произнесла негромко и мелодично:

— Даже спустя века, мы всё ещё слишком мало знаем об Иле.

— Преступно мало! — поддержал он её, вяло махнул больной рукой, мол, продолжайте.

— Не все проявления Ила и магии могут увидеть даже эксперты. Вспомните способности Честного Лорда. Он занимал тела других людей, становился ими, и никто, даже Когтеточка, не мог почувствовать и распознать такой подлый ход. Иногда следов просто не остаётся. Колдуны работали с ритессой Лил со всей ответственностью, они действовали по стандартным протоколам и вынесли заключение, которое не вызвало ни у кого сомнений.

— Ошибочное заключение! — старик продолжал бушевать, лорд Авельслебен улыбался только глазами. — Ну, а вы, мастер Траугесланд? Как, с вашим опытом, можно было снять с подозрения столь опасного человека?

— Подозрения не были сняты, ваша милость. Но беседы с ритессой Лил не дали никакого результата.