Дважды проверила мои зрачки, задала несколько, казалось бы, ничего не значащих вопросов, кивнула солдатам, разрешая мне пройти.

В следующем дворе секретарь в маленькой каменной будке, примыкавшей к казарме охраны калитки, внёс моё имя в книгу учёта, принял «налоговый» мешок с землёй, спросил, видел ли я хоть что-то, о чём следует проинформировать власти?

Улей там растёт, или, может, Светозарный устраивает пикник с игрой в донг в часе ходьбы от андерита? Любая странность, которую заметил я, но упустили разведчики. Порой, действительно, было то, о чём следовало рассказать. Но не в этот раз.

Право, Тигги — это такая «мелочь», о которой совершенно не стоит упоминать. Иначе на её имя слетятся всевозможные шишки и меня не оставят в покое до тех пор, пока на луне не помрёт Сытый Птах.

Так что, отделавшись общими фразами, я отправился через простреливаемый сверху лабиринт, по галереям и укреплениям, на другую сторону крепости, к железнодорожной станции, слегка недоумевая, что местные командиры цыплят не ловят. Я-то думал, что меня подхватят под локотки уже на стадии проверки колдуньи, а нет. Что несколько удивительно для Фогельфедера.

Всё встало на свои места, когда у выхода из андерита путь мне преградила троица господ в одежде тусклых цветов. Двое, крепкие молодые ребята в треуголках и при шпагах, держались чуть поодаль, их командир стоял прямо на пути, убрав руки за спину.

Мой добрый товарищ по «Соломенным плащам» — Голова отличался характерными внешними особенностями: потерянная в детстве улыбка, мрачное бульдожье лицо, парик, очки в золотой оправе.

Пожалуй, я был рад видеть его в такой момент. Уж лучше он, чем кто-то незнакомый.

— У нас будут проблемы, Раус? — спросил он меня.

— Если только ты не угостишь меня кофе, — дружелюбно ответил я ему и увидел, как его плечи немного расслабились.

— Волью в тебя хоть целый бак. Пистолет и сабля?

Я без сомнений отстегнул Вампира, передал ему вместе с ремнём, пистолетом и зарядами:

— За кофе что угодно. Сохрани мой клинок. А то знаю, как пропадают вещи на складах всяких служб Айурэ.

Дери меня совы, у этого каменного исполина во взгляде появилось облегчение! Неужели он думал, что я собираюсь бодаться с тайной службой лорда-командующего, да ещё и из-за таких пустяков?

— Кошелёк тоже давай, — он был невероятно любезен в сохранении моих средств от лап вечно бедных, бесконечно-пронырливых незаметных клерков или кладовщиков, которых полно в каждой государственной организации, где в хранилищах тюрем вечный бардак. — Очень надеюсь его тебе вернуть.