В центре залов стояли длинные столы, покрытые толстым слоем пыли, заваленные свитками. Возле — перевёрнутые, а может упавшие стулья. Разбитая чашка, чёрное пятно засохшего напитка. Эхо наших шагов звучало здесь неуверенно, словно оно упустило из памяти, каково это — отзываться на присутствие давно не приходивших сюда людей.

Ида, остановившись у шкафа, провела по стеклу пальцем:

— Только представь, сколько всего там скрыто. Здесь можно просидеть целый год и всё равно не успеть прочитать каждый корешок.

— Пожалуй, я немного счастлив, что у нас нет этого года. Не хотел бы я здесь застрять. Ты не знаешь, кто там стоит?

Я спрашивал о колоннах, рядами уходящих вперёд. Их вершины венчали гротескные человеческие статуи, свет к ним едва долетал, так что видны были лишь уродливые силуэты. Точнее угадывались.

— Какие-то герои, полагаю. Обычно на подобные пьедесталы возводят именно героев. Я могла бы попытаться осветить одного из них, но жалко солнцесвет. Всё равно эти люди нам не знакомы, так что не стоят траты сил.

Еще футов через триста мы оказались у перекрёстка. Зал прямо — всё те же шкафы, к которым прибавлялись стопки книг, высившиеся на полу, точно башни. Некоторые, не удержавшись, упали, и теперь множество фолиантов были разбросаны по чёрно-белым плитам.

Я подумал об Амбруазе:

— Мой знакомый многое бы дал, чтобы попасть сюда. Листал бы страницы, да кашлял, вдыхая пыль.

— Прости, но я осталась бы с ним, будь у меня хоть малейшая возможность. Даже если бы ты не хотел «здесь застрять». Слишком много ценного.

— Удар прямо в сердце, что ты выбираешь знания, а не такую очаровательную личность, как я. Куда нам теперь?

Она посмотрела в одну сторону, затем в другую, чуть прикусив губу, а после сказала:

— Тот ход, что справа. Иначе книги и вправду меня соблазнят, и я пропаду в библиотеке.

Коридор выглядел таинственным и тёмным, но стоило Иде повернуть, как каштановые лампы начали оживать: вытягивались на ветвистых стеблях, разгорались. Здесь их оказалось гораздо больше, свет вспыхнул, и я понял, что мы в круглом зале со множеством странных и непонятных объектов.

— Лаборатория Мастера Ламп, — прошептала Ида, прижимаясь ко мне, растеряв всю свою уверенность. — Неужели я здесь?

Ответом ей был отдалённый стук одинокой кирки, безрезультатно пытавшейся пробиться сквозь толщу камня, который смог выдержать даже гибель предтеч Небес.

— Что здесь написано? — я смотрел на стену, в которой мягко мерцали буквы, отлитые из чистого золота.

— Ин ронимэ ау таллетэ ас даминэм ури карельлее. Ит дамин вас легге, — произнесла колдунья на квелла. — «Сквозь свет мы несем истину свободы всем людям. Ибо свобода — это знания». Девиз кого-то из Светозарных?