Днем и ночью катапульты вели прицельный огонь по Пайку и, когда наводчики клятвенно заверили о скором падении ворот, король построил все войско. Мы, стоя около орудий, наблюдали за непрерывным обстрелом. Это продлилось относительно недолго - всего два часа. Вскоре, одна из башен и часть ее стены были разрушены.
- В АТАКУ! - взревел бронированный гигант.
По всем канонам Вестероса вместе с правителем в бой идут его ближайшие сподвижники, то есть королевские гвардейцы, представители Верховных Домов и сильнейшие их вассалы. Вместе они образуют сильнейший пробивной авангард.
Я был по правую руку от Роберта и прикрывал его от хитрожопых ублюдков, что не решались сражаться с ним в открытую. Я могу понять их нежелание биться с ним. Роберт одной рукой размахивает молотом, как пушинкой, хотя его скваеры едва ли могут приподнять орудие своего господина, что говорит о чудовищной силе Баратеона.
Я давно заметил, что физический предел людей здесь выше, чем у первых нуменорцев. Роберт, дядя Джон, Клиган, Хотах - эти люди какие-то монстры по меркам Арды. Благословение нуменорцев было в "долгой" жизни, здоровья и хорошей регенерации. Увеличение силы, скорости и восприятия были скорее производным, поэтому они были всего в 1.5 сильнее обычного человека. А, сейчас, Роберт одной рукой спокойно машет 20 - килограммовым молотом, который я ему подарил на свадьбе...
Пекло! Я, в свои пятнадцать, незначительно сильнее себя прежнего в расцвете сил и это без всякого усиления магией. Я боюсь представить кем буду в свои двадцать пять, а, если еще и буду усиливать себя, то меня никто не остановит. Этот разрыв виден невооруженным глазом и по трупам моих врагов.
С моим мечом Кровавым Клювом, рубить кальмаров было одно удовольствие. Я пользовался одним из преимуществ сей стали, в виде ее невероятной легкости и остроты. Благодаря моей скорости от моих ударов не увернутся и не защитятся, а острота позволяет убивать одни точным движением.
- Вперед! Вперед! ВПЕРЕД!!! - подбадривал Роберт, ведь, после двадцати минут рубки, люди стали уставать, а ему хоть бы хны.
- Нам ярость! ЗА КОРОЛЯ! - кричали гвардейцы Штормового Предела.
- Услышь наш рев! - алые плащи пошли в наступление вслед за Ланнистером.
- МЫ НЕ СЕЕМ! - ревели Железнорожденные.
Рубится было одним удовольствием. Сейчас я сражался в первой линии в разгаре штурма. Кровь кипит от удовольствия сражения. Впереди враги, их лица перекошенные яростью. Сзади товарищи, их глаза горят огнем азарта. Небо... Земля... Замок... Все это... Наполняет меня радостью.