— Благодарю, можете идти, — я бы мог и дальше использовать ранения, как предлог, чтобы отдохнуть, но надо было срочно прояснить пару моментов, пока мои люди не напридумывали сами себе проблем. Они и так непозволительно долго оставались лишь со своими мыслями, — Оповести, чтобы через полчаса все командиры или их заместители прибыли в главный шатер, — пускай и прошло почти шесть дней, но дел в лагере накопилось изрядно, дам им время завершить первичные дела, да и сам прогуляюсь.
Меня переиграли — неприятно, но факт. Из-за серий неудач и общей пассивности Ренли я позабыл, что так-то у него в подчинении находились талантливые люди. Я знал о Роване, но рассчитывал, что он, объединившись с Хайтауэром, пойдет на штурм столицы. Стратегический захват Королевской гавани перевешивал любое потенциальное преимущество противостояния нам. И общая ситуация была такова — Хайтауэр шел по направлению к столице, Рован на соединение, а мы разбивали Тирелла. Это послужило еще одним фактом для разделения армии и выставления своей «слабости».
Рована я знал, пусть и не лично, но репутация с послужным списком у него была солидной и не такой дутой, как у некоторых. Матис Рован реально заслужил все хвалебные оды, которые ему приписывали, поэтому я руководствовался «методом прибыли», когда представляешь себя на месте человека, понижаешь интеллект и просчитываешь наиболее выгодные исходы со стороны своего врага. Метод работал безотказно, особенно для «понимания» умных людей, к коим относился Рован. Как видно, я не учел Оленну Тирелл. Старуха излишне сильно любила своего внука, поэтому смогла заставить прославленного полководца пойти на помощь калеке-розе. Тиреллы у меня давно в печенках сидели, и около пораженческая ситуация очень болезненно воспринималась для моего самолюбия.
Ладно, что толку сейчас рефлексировать, надо исправлять ситуацию. Войдя в палатку, с грустью отметил два пустующих места: Тайбер погиб от рук какого-то рыцаря Рована и Артур, что, не смотря на все мои усилия, недавно скончался от полученных ран. Вроде не первый и далеко не последний раз терял своих боевых товарищей, но на душе все равно слегка противно. Но нет худа без добра, благо Джейн про это «добро» поведала, и противное чувство поражения слегка отступило. Осталось лишь настроить всех на правильный лад.
— Каковы потери? — спросил Стенфорда, что отвечал за «тылы» в нашей армии.
— На данный момент у нас есть около трех тысяч подтвержденных смертей, еще две тысячи человек с травмами разной степени тяжести. Из них шестьсот умерли в первую ночь или перестали быть боеспособными. Остальным нужно от пары дней до нескольких месяцев на реабилитацию, — пусть и без конкретных цифр, но кратко, четко, по делу, как я люблю.