И Домато убрал вазу из смотровой.

Прошло пять лет, прежде чем перед ними снова встала та же проблема: решить, насколько самость человека оправдывает подчинение и даже смерть других, таких же, как он.

Но теперь боль уже не смогла бы ему помочь. Эрцогу ежедневно приходилось перешагивать через чужие жизни. Всё, чему он научился — не делать этого в поспешности или в гневе.

Аний Локьё вздохнул, сильно зажмурился, прижимая подбородок к груди и прогоняя головную боль. Еще раз повел плечами. Включил чайник.

Он привык обслуживать себя сам — слуги и ординарцы раздражали его и мешали умственным упражнениям.

Корабль вошёл в фазу торможения с приличным толчком: видимо, когда выключился основной двигатель, «боковые» несинхронно приняли скоростную нагрузку.

Эрцог поморщился. Этот нахальный зеленоглазый пацан — капитан «Каменного ворона» (!), тоже поморщился бы сейчас.

Сумасшедший имперский щенок на корабле с легендарным для Содружества именем…

«Каменный ворон» был одним из самых древних судов, сбросивших платформы с переселенцами над Доминэ. Или Домусом, как его называют имперцы.

Синее морозное небо и тёмная громада корабля. Эрцог так часто видел эти старые кадры, что казалось — он извлёк их теперь из собственной памяти.

Что сам видел, как вздрагивает левиафан, выпуская к далёкой планете посадочные модули, похожие на неуклюжие речные плоты.

Что означает это название для мальчишки? Совпадение? Знак? Щенячья блажь?

И почему именно к этому имперскому капитану вдруг попал утерянный столетие назад родовой сапфир дома Сиби?

Когда эрцог увидел камень, сердце его стукнуло. Всё разъяснилось, казалось.

Мальчик, наверное, был полукровкой, внебрачным сыном кого-то из дома Сапфира, или даже его собственным сыном — Аний не очень-то держал в памяти все эти «свои связи».

Парень был высокий, с мощным костяком, белобрысый — всё это в сумме вполне могло указывать на кровь доминантов — элиты правления мирами Содружества.

Но нет. Анализы показали, что не только с домом Сапфира, но и ни с одним из правящих домов у щенка не было ничего общего. И тем не менее, хитрые грантские мастера отдали камень ему.

Эрцог уже отдал приказ навести справки об этом Абио…

Приказ бессмысленный. В архивах мало что можно найти о грантсах, а отправлять кого-то на Грану… Кого?

Всё было неправильно, не так. Не нужно было отпускать от себя мальчишку!

Однако нарушенное слово привело бы к возобновлению военных действий, чего ему сейчас совершенно не хотелось, учитывая путающегося под ногами Пфайфера.

Ум лендслера, нового лорда Михала, которого щенок-капитан запросто называл Колин, не горячее, чем у «ледяных» лордов. Одно неверное движение вечно истерящего Пфайфера, и Аннхелл навечно останется за Империей.