Он огляделся по сторонам и смог определить направление, по которому в первый раз прибыл в деревню. Он прошел через холмы и поля, а начал свой путь, поднявшись из ямы посреди того, что сильно напоминало перекопанное кладбище. Может быть, стоило вернуться туда, где все начиналось?
Поскольку заняться ему все равно было нечем, а лучших идей в голову не пришло, человек так и поступил.
67
Найти единственную яму среди множества других, на пересеченной местности, в темноте, казалось непосильной задачей, но интуиция безошибочно привела его в нужное место. Человек знал, куда идти, потому что… он оставил здесь частицу самого себя. Он забыл об этом, не понимал (поначалу он вообще ничего не понимал) и не замечал, но на краю ямы это чувство стало совершенно отчетливым. Человек спрыгнул вниз, потянув за собой рыхлую землю и камни. Ему пришлось повозиться в грязи, прежде чем удалось найти искомое. Он замер, когда понял, что именно нашел. Случилось столько всего, что он уже и позабыл об этой вещице, вызвавшей в нем при пробуждении дикий, иррациональный ужас. Сейчас подобных чувств не было и в помине. Человек испытывал напряжение, готовность дать отпор, нервозность — но не страх. Он медленно выпрямился, сжимая в левой руке горсть земли с тем самым предметом, разжал пальцы и аккуратно убрал грязь с ладони левой, оставив крошечный череп, который мог принадлежать крупной крысе, белке или хорьку — человек не настолько хорошо разбирался в биологии, чтобы сказать наверняка.
Он долго смотрел на череп, а затем стал выбираться наверх — что, из-за крутого, постоянно осыпающегося склона и занятой левой руки, удалось ему далеко не с первой попытки. Когда он все же выбрался, то, вновь посмотрев на крысиный череп, негромко спросил:
— Что ты такое?
— А ты?.. — Откликнулся череп.
68
Тянулось время… человек молчал, разглядывая неподвижную косточку на собственной ладони.
— Я знаю, кто ты… что ты такое, — проговорил человек, ощущая, как слабая интуитивная догадка с каждым последующим словом крепнет, наполняясь уверенностью. В первый раз услышав голос, исходящий из черепа, человек испугался, но сейчас, после всего, что с ним произошло, после всех отрывочных и неполных воспоминаний, которые удалось восстановить — он чувствовал, что в одной из своих предыдущих жизней знал, что это . Может быть, сам он не сталкивался с этим , но знал. И сейчас даже более, чем возвращения этого утраченного знания, человеку хотелось вспомнить и понять, когда и почему он это знание получил.
Образ набранной мелким шрифтом статьи мелькнул перед его мысленным взором, вызвав всплеск недовольства всех субличностей, кроме Журналиста, но даже этого короткого видения хватило для того, чтобы все встало на свои места. «Путешествие чародея в чужедальнюю страну» как в своей художественной части, так и в глоссарии хранило слишком много секретов, содержало ответы, которые в мире Майкла Хорнегера знать не мог никто, и очередное открытие, связанное с этой книгой, человека почти уже не удивило.