— Простите Дэйзи, понимаю вам тяжело, но все же прошу еще раз рассказать вашу историю этим джентльменам.

— О чем вы хотите узнать? Я действительно не понимаю, чем это может помочь моему сыну?

— Буду честным, может и не поможет, — Рихард легонько пододвинул портмоне к женщине. — Но тем самым вы убережете других девушек от опрометчивых поступков, поможете им удержаться от соблазна и не поддаться на сладкие речи и обещания.

— Хорошо. Вы умеете уговаривать женщин, совсем как сэр Эдвард. — Тонкая рука изящным движением переместила портмоне в сумочку.

— Расскажите о своей встрече с сэром Эдвардом. Это ведь было тринадцать лет назад?

— Да, ровно за год до рождения Майкла. Эдвард был таким мужественным, настоящим красавчиком, и чертовски убедительным.

Спенсер умело задавал наводящие вопросы, проявлял участие, сочувствие, при этом быстро накидывал интервью в блокнот. История конечна весьма банальна, но это не делает ее менее печальной. Увы. Так бывает слишком часто в этом мире.

Под конец встречи Рихард сделал несколько фотографий мальчика. Его маму он фотографировал так, чтоб в кадр попали изящная стройная фигура, грязное окно, пустые стены, но не лицо. Только одно фото в четверть со спины, чтоб черты угадывались, но не узнавались.

Уже на улице мистер Стенли долго смотрел на фасад дома, не торопясь сесть в машину.

— Какой же он мерзавец, — неожиданно выдал журналист. — Неужели все эти двенадцать лет он даже не интересовался ребёнком?

— Вас это еще удивляет?

— Знаете, чем больше пишу о политиках, чем больше погружаюсь в эту помойку, тем…. Впрочем, все равно не могу привыкнуть.

— Фотографии пришлют нарочным. Извините, но время позднее, пока Рихард проявит и напечатает, день пройдет.

— Не страшно. Материал хорошо если выйдет в воскресном номере. Мне его еще редактору надо показать.

— Думаю, он не будет долго тянуть.

Разумеется, с фотопленкой Рихард сам не работал. Фотоаппарат он отдал Эндрю после того как они высадили журналиста. Ехали молча. Работу не обсуждали, а больше и говорить не о чем.

Поздно вечером приготовив наскоро скромный ужин и плотно набив желудок Рихард читал газеты под радио. Ничего нового. Цензура хорошо фильтрует материалы, о реальном положении на фронтах приходится догадываться, выискивать крупицы правды между строчек. О сдаче Александрии давно все забыли. О Мальте два слова. Зато целая статья про перехват немецкого рейдера в Индийском океане. Вооружённый теплоход выслежен и расстрелян крейсером. Сколько судов потопил этот пират пока его не уничтожили? Может быть после войны напечатают для тех кому это еще будет интересно.