— Лей ещё! — распорядился Павел Петрович.

Его помощники принялись поливать несчастного, пока взор его не прояснился, а зубы не застучали от холода.

— А-а-а-а! — протяжно заскулила жертва экзекуции, — Государь! Павел Петрович! А-а-а-а!

— Что же ты, Аристарх? — цыкнул зубом царь, — Я же тебя на руках держал, тетёшкался с тобой, маленьким, отец твой со стыда помрёт!

— Государь-батюшка! Христом Богом…

— Что ты устроил в полку, Аристарх? Неужели ты честь свою и семьи решил пропить, а?

— Царь-батюшка! Да я бы никогда…

— Что никогда? — царь спокойно за шиворот поднял стоя́щего на коленях офицера на уровень своего лица, — Никогда что, Аристарх?

— Никогда бы не изменил… — просипел майор.

— А, по-твоему, устроить грандиозную пьянку среди запасных, в то время как основная часть полка убыла в летние лагеря, а ты остался на хозяйстве с новобранцами — не измена?

— Так ведь у меня День ангела…

— Аристарх, душа моя, ты глупее, чем я думал… Или?

— Христом Богом, Государь!

— Нет, всё-таки глупее… Откуда твои солдатики узнали, что Иван Павлович умер?

— Гонец был из дивизии! Я поэтому-то всех десятников и собрал…

— И споил! Ладно… А откуда у солдат сведения, что и наследник мёртв? Что Григорий Павлович воровски не допущен к трону? Ну? — Павел напряжённо вперил взгляд в лицо майора.

— Не могу знать! — вытянулся офицер, преданно поедая глазами Государя.

— Где гонец?

— Так убыл…

— Где гонец? Аристарх, быстро выясни!

Майор тут же позабыл про своё состояние и бросился исполнять приказ. Всего через несколько минут солдаты притащили посыльного. Он был ещё более пьян, чем все остальные. Проведённая с ним водная процедура дала эффект, и он в процессе скорого допроса выдал, что, привёз в полк исключительно сообщение о смерти царя и необходимости находиться в готовности к скорому выступлению. Всё же остальное произошло из-за бражничества в штабе, где посланника крепко напоили, а затем, он, пользуясь своим знакомством с авантюрными романами, которыми были полны книжные лавки, просто выдумал несуществующие подробности ради новой выпивки, щедро разливаемой солдатами.

— Omnium malorum stultitia est mater [2] … — буркнул Павел Петрович, — Этого трепача берём с собой — пусть его допросят нормально, мало ли что…

Аристарх, я надеюсь, что это была последняя твоя ошибка. Приведи всё в порядок незамедлительно. Мне нужны твои солдаты.

— Что же, прапорщик, — с усмешкой проговорил Государь, сидя в коляске, — Максим уже давно со мной и помнит, кто такой Аристарх Румянцев, а вот для тебя это новость. Румянцевы всегда были верны престолу, и я их ценю. Мальчик сильно пострадал — почти год назад его жена сбежала с казачьим офицером. Зря его полковник Салливан оставил в полку, без присмотра майор не сдержался…