— Но Ваш вид, прошу прощения, не… — Бишоп не мог найти нужные слова, чтобы выразить свою мысль и не оскорбить при этом офицера.

— Я слишком смугл, Вы хотите сказать? — усмехнулся Джотиев, — Батюшка мой родом из кандийских дворян, но вырос он в России. А матушка моя вовсе из Богемии. Так что я русский. И здесь это не вызывает никакого удивления. Полковой старшина первого озёрного Копелев-Стенин, к примеру, почти чистый негр, а глава канцелярии местного наместника Хунин — нихонец, а уж в Столице-то всяких… Так что, не сто́ит удивляться. Россия — царство, почти вселенная, и ей кто только не служит, а она заботится о своих детях, несмотря на цвет кожи или вероисповедание.

— Я Вас понял. — немного смущённо кивнул Бишоп, — Но прошу, удовлетворите моё любопытство, Вы христианин? Ваш несколько насмешливый тон по отношению к отцу Валентину…

— Положим, отца Валентина я знал ещё тогда, когда он звался подпоручиком Николаем Ведищевым, и был моим первым командиром после выпуска из корпуса. — Джотиев рассмеялся, но Ваши выводы, друг мой, весьма логичны, что снова говорит в Вашу пользу. И да, я христианин. Но в дальнейшем я не советую Вам интересоваться о таких вещах у малознакомых людей — не принято, знаете ли…

Если любопытство будет Вас изводить, то о таких вещах узнаете и просто так, наблюдая. К примеру, все знают, что городовой пристав Монреаля, Стахович, каждую субботу ходит в местную синагогу, а Сапарелли, что ведёт дела по землеустройству, не пропускает ни одной мессы. Но, вот их дети… Их дети поженятся уже через две недели.

Ничего-ничего, такое непонимание возникает часто. — благодушествовал офицер, — Царство, оно и есть царство.

— Но почему тогда Вы мне предлагаете пойти в казаки? — виргинец нашёл в себе силы вернуться в беседу, — Почему радеете за других? Сами служите в ертауле, а меня сватаете в казаки…

— Моя жизнь связана с ертаулом. — кивнул Джотиев, — Только с ним. Мой батюшка очень хотел, чтобы я стал одним из «вечных солдат», как он называл ертаульных. Он считает, многие лета ему ещё, что врагов можно и победить, а болезни — нет. Я склонен с ним согласиться. Я видел такое, мой юный друг, что почти терял веру… Наша борьба вечна — но мы боремся за свет.

Однако Вам будет сложно сделать карьеру в ертауле — здесь даже десятники прошли школу корпусов. Так же, впрочем, как и в армейских полках, не говоря уже о гвардии. У казаков же всё сильно проще — лишь атаманы обязательно должны пройти обучение. Так что…

Среди моих знакомцев есть командир третьего казачьего, полковник Бурносов. Я рассказал ему о таком интересном человеке, как Вы, мой молодой друг. Полковник желал бы видеть Вас среди своих подчинённых. Вы сразу получите чин младшего урядника и место при штабе полка. Но это сначала, а потом…