— Понял, Михаил Викрамович, всё сделаю в лучшем виде! — уже почти полностью седоусый солдат уверенно усмехнулся.

— Хорошо, Игнатич. — кивнул начальник, — Кого оставляешь за главного, Митьку своего?

— Никак нет, товарищ капитан, Ершова. Митьку я с собой заберу — он пока на подхвате хорош, а командовать — нет.

— Как скажешь, Игнатич. — тяжело вздохнул Джотиев, — Ершов! Отделяй положенное количество беженцев — остальных отправляй в третий стан.

— Придётся разделить вас. Третий стан — это соседний лагерь в трёх вёрстах отсюда. — офицер обращался уже к Бишопу с сержантом, — В этом столько не разместить. Ружицкий вас проводит. Проводит же?

Петька преданно ел глазами офицера:

— Обязательно, господин капитан! Самым скорым образом!

— Балбес… — со смешком выдохнул ертаульный и, потрепав совсем молодого казака по рыжему чубу, торчавшему из-под лихо заломленной серой папахи с оранжевым верхом, повернулся к приехавшим американцам.

— Итак, я вам представился, а с кем я имею дело, господа?

— Я, Джосайя Бишоп, бывший плантатор, заводчик и субалтерн кавалерии из Вергинии, это Бертрам Дюран из Нью-Хейвена, мой ближайший помощник, а это — присоединившиеся к нам беглецы. Почти половина — это негры, бежавшие к свободе, прочие же — с миру по сосенке…

— Интересный набор, господин Бишоп. И Вы смогли удержать столь разнообразных людей от стычек и привести их к нам?

— Сержант Дюран мне помогал… — внезапно почувствовал некую робость Бишоп.

— Так, мастер Джосайя — отличный командир, да и стреляет — дай Бог! — звонким голосом вмешался в разговор Дюран.

— Что же, господин Бишоп, помогите Ершову поделить людей, чтобы никого не обидеть. — Джотиев изучающе смотрел на предводителей беженцев, ожидая реакции.

Джосайя повернулся к Дюрану:

— Сержант, займись этим.

Тот сразу же понимающе кивнул и молча пошёл обратно к фургонам, где уже суетился крепкий ертаульный.

— Нам размещаться здесь? — Бишоп чувствовал какую-то всепоглощающую усталость, что понял даже капитан ертаула.

— Здесь. Лагерь полностью оборудован для проживания: во всех домах есть печи, мыльня и нужник. — офицер едва заметно улыбался, — Продовольствие и дрова подвезены, и будут выдаваться по мере необходимости. Вам придётся провести здесь три недели под присмотром — раньше полагалось четыре, но шесть дней назад приняли решение сократить срок пребывания.

— Почему? — почти равнодушно спросил молодой человек.

— Почему сократили? — теперь уже явно усмехнулся русский, — Очень много беглецов. Наша разведка уже сбилась со счёта, сколько людей идёт к границе. Все расчёты полетели в тартарары, пришлось срочно срывать все свободные ресурсы на обустройство вре́менных лагерей. Вам повезло — вы пришли первыми, и вам достались постоянные дома, оборудованные даже водопроводом. А вот дальше — придётся селить людей в военные палатки с выгребными ямами.