С каждым новым именем Посейдон теребил бороду все сильнее. Как они, Олимпийские боги, до такого дошли? Неужели, его брат прав? Их отец грозится вернуться в смертный мир, пусть и в оболочке смертного, а Олимпийцы погрязли в слабости и глупых страстях? На секунду Владыка Морей пожелал, чтобы отец пожаловал сюда в своей полной силе. Тогда Олимп был бы вынужден встать плечом к плечу, сплотиться, чтобы выжить. Но сейчас, когда угроза еще эфемерна и далека…

— Сам видишь, — Зевс легко прочитал его мысли. — Остальные ненадежны. Или глупы. Они не видят угрозы, захотят использовать его силу в своих целях. Тебе напомнить их слова?

Посейдон отрицательно покачал головой и вынуждено признал правоту брата. Еще давно, сразу после титантомахии, Афина, Гермес и еще несколько мелких богов призывали использовать частицы отца в своих целях. «Сила Времени в наших руках» — говорили они. «Глупо ее бояться».

«Нет», — Посейдон покачал головой и искоса посмотрел на величественную фигуру Царя Богов, стоявшего рядом с ним. «Это не страх, это мудрость». Только они, старые боги, те, кто действительно побывали в животе отца, понимали… Знали, что пока Кронос прорывается в наш мир и слаб, пока его тело смертно, а душа разбита… Нужно нанести удар.

«Ибо если дать ему время и тело бессмертного…» — От этой мысли Посейдон перехватил трезубец поудобнее. Будь Адриан сыном богов, дела приняли бы совсем скверный оборот. Сражения, где за поражением шла гибель, он не желал.

— Я рад, что ты услышал меня, — Зевс по-дружески хлопнул его по спине и ослепительно улыбнулся. — Только мы, вдвоем, понимаем угрозу. Два сына своего отца.

Два сына? Но ведь есть еще один… Посейдон нахмурился, когда у него в голове мелькнуло имя Аида. Но даже при всей своей нелюбви к старшему брату, бог понимал — с ним следует считаться. И в отличие от остальных, Владыка Подземного Мира поддержал бы их в желании уничтожить отца. Потому, помедлив, произнес имя старшего брата вслух.

Зевс мрачно взглянул на него.

— Нет. Аид — отец мальчишки. Он слишком привязан. И не позволит нам… избавиться от проблемы.

Посейдон едва не сплюнул на землю. Переживший сотни смертей своих детей и некоторых отправив в могилу самолично, Посейдон совершенно забыл, насколько… трепетно старший брат возился с единственным сыном.

Проклятый смертный, сколько же от него проблем! Зевс прав, как и всегда. Посейдон и так верил, что его младший брат знает лучше и с годами приучился принимать его волю как данность, но в этом вопросе споров быть не могло. Сохранение жизни мальчишки Посейдон даже не рассматривал. Даже если бы Адриан ему нравился — что было не так, наглый полубог давно выводил его из себя — то важность проблемы Кроноса намного превышала цену чьей-либо смертной жизни.