Меня слегка трясло. Не знаю от чего больше, минутной слабости или обычной злости. Последнее точно лидировало в данный момент. Все наставления Гермеса разом вылетели у меня из головы.

— Вы хотите показать мне страх⁈ — прорычал я. — Думаете, я заигрался? Не знаю, как это быть слабым⁈ Вы вообще обо мне ничего не знаете! А теперь отвечайте на мой вопрос, или я спалю вашу пещеру к чертовой матери!

Тишина. Затем три голоса заговорили по очереди.

— Осколок силы…

— Утрачен, но не потерян.

— Даст тебе, что желаешь.

Наконец-то, нормальный ответ. Так и знал. Одиссей забрал себе большую часть божественной природы богини, но нельзя забрать все. Это как осколки силы Кроноса, всплывающие то тут, то там. Это не то, что хотела Артемида, но это лучше, чем ничего.

Намного лучше.

— Где он? Отвечайте! — вопрос слетел с губ сам собой, приказной тон я добавил по привычке.

В ответ мне раздался тихий смех.

— Ты стремишься к ответам, но…

— Не готов платить за них, — они дополнили друг друга.

— Так платишь или уходишь?

Голоса звучали заинтересованно. Шевеление пропало, но я чувствовал, что доисторические твари еще там, наблюдают из темноты сквозь закрытые глазницы. Что ж, об этом Гермес меня тоже предупреждал.

Я выпрямил спину.

— Вам нужна плата? Что-ж, хорошо. Я заплачу. Что вам нужно?

— Время, — мгновенно отозвался первый голос.

— Две минуты, — добавил второй.

— Ничего больше, — завершил третий.

Я нахмурился.

— А это что еще значит?

Ответом мне было только молчание. Только молчание и мерцающие алые глаза, наблюдавшие из темноты.

Это было… Неожиданно. Две минуты — что они заберут? Часть моей жизни? Мою душу, блин? Или это что-то большее? Перед глазами снова, словно укором, встало лицо Артемиды. С момента победы над Тифоном прошло два месяца. Два месяца поисков, взяток и обращений… И ноль результатов.

Я вздохнул. Чтобы я не говорил себе, эти твари были моим последним шансом. И они это прекрасно знали.

— Договорились, — сказал я наконец, с трудом выдавливая из себя слова. — Где этот осколок?

Глаза вспыхнули ярче, а голоса слились в один:

— Лименас.

Слово отдалось эхом, которое, продолжало звучать даже после того, как голоса замолкли. Глаза начали гаснуть по очереди, медленно затухая словно задутые свечи. Даже вечный спутник этих тварей, звучащий со всех сторон шорох, пропал без следа.

Я остался один.

Хм. Кажется, мне настойчиво предлагали удалиться. С трудом сдерживая нетерпение, я развернулся на пятках и быстро покинул пещеру. Найти обратный путь оказалось удивительно просто, словно сама порода под ногами подталкивала меня наверх. Холодный ветер снаружи встрепенул короткие волосы и обдал лицо приятной свежестью, но я был слишком погружен в свои мысли, чтобы радоваться хорошей погоде.