— Может быть, некоторым мужчинам, привыкшим считать себя сильным полом исключительно по праву рождения и наличия соответствующих половых признаков, будет неприятно это осознавать, однако Александра Федоровна действительно разбирается в проблемах российского образования лучше, чем кто-либо еще. А если добавить к этому еще и мою уверенность в том, что она, как предыдущий министр, не будет крутить всякие незаконные аферы, то кандидатура императрицы становится от этого еще более привлекательной.

— Это значит, что и в дальнейшем высшие должности в империи смогут занимать женщины? — В голосе газетчика сквозил откровенный скепсис.

— Не вижу для этого никаких препятствий, — я пожал плечами и широко улыбнулся. — Понятное дело, для этого женщина-кандидат должна иметь соответствующие способности, образование и опыт. При наличии всего вышеперечисленного не вижу никаких ограничений.

— Однако в империи женщины практически лишены возможности получить подходящее для занятия высоких должностей образование. Тот же Смольный институт, он только называется институтом, по факту учебная программа там предполагает получение знаний, далёких от научных.

— Это правда, — я кивнул, соглашаясь с высказанным аргументом. — Однако вот вам такой факт: полгода назад по моей просьбе в ученые советы российских университетов был сделан запрос о возможности женщинам получать в них образование наравне с мужчинами. В смешанных группах и по одной эталонной программе без всяких исключений. И только ученый совет Пермского университета высказал согласие допустить женщин к обучению без всяких ограничений. Остальные так или иначе высказались против. Так что тут дело не в желании отдельно взятого самодержца, а в общей готовности общества к подобным реформам. Тем не менее я уже попросил Александру Федоровну подготовить программу развития женского образования в империи. Начнем с женских гимназий, чей учебный курс будет приближен к мужским. Потом, думаю, и до высшего образования дойдет.

— Я бы очень хотел посмотреть на это вживую, ваше императорское величество, — ехидно ухмыльнулся журналист. — Боюсь, кое-кто из наших замшелых ретроградов подобного авангардизма может и не пережить.

— Думаю, этот процесс будет набирать обороты быстрее, чем вы думаете. Уже сейчас у нас имеется несколько тысяч женщин, получивших по последней реформе нижние чины Табели. Да, пока это только 14–13-й классы, но ведь нет никакого формального запрета на дальнейший карьерный рост. Большинству женщин это просто не нужно, нет в них мужских амбиций, но уверен, что и пробивные барышни тоже отыщутся, — я пожал плечами. — Так что, Сергей Павлович, может быть, мои слова о чиновниках-женщинах сейчас кому-то и покажутся сродни тонкому издевательству, однако, поверьте, пройдет не так много времени, и всё изменится.