Уже к концу зимы 1834 года акции наиболее крепких компаний отыграли обратно, а к осени, когда подоспел новый урожай, даже начали показывать небольшой рост.
И да, без банкротств не обошлось. Более того, я, наоборот, постарался сделать их максимально громкими, дополнительно устроив кампанию в прессе против выглядящих наиболее ослабевшими «подранков». Падающего — толкни, пусть Ницше еще, кажется, даже не родился, тезис этот вполне был применим и ранее. Ну а имея под рукой чуть ли не всю прессу империи, устроить «медвежью» атаку на и так дурно пахнущие акции было делом по-настоящему плевым. В итоге акции той же Московско-Минской компании были скуплены мною — вернее, не совсем мною, все же в открытую вот так пользоваться своим положением я постеснялся, поэтому выкупали подешевевшие до 30 копеек с рубля акции кое-какие московские купцы, с которыми я уже несколько лет вел бизнес — чуть ли не полным пакетом. С последующей передачей его — опять же окольными путями — в руки РЖД, в конце концов не для себя же я стараюсь, а для империи.
Дорога же Мемель–Вильна ввиду невыполнения товариществом концессионного договора и вовсе была тупо национализирована без выплат вообще каких-то компенсаций. Причем сделано это было показательно и в назидание будущим негоциантам, собирающимся создавать «дутые» фирмы, пригодные только для выгодной распродажи собственных акций. Никого это, конечно, ничему не научило, впрочем, это уже совсем другая история.
Ну а главный вывод, который я сделал для себя, это то, что финансовые кризисы достаточно легко можно преодолевать — и даже с определенной выгодой для себя, — если быть к ним готовым. Очевидно, что в данный конкретный раз предугадать наступление спада после резкого подъема было относительно легко. Ну и, конечно, облегчало ситуацию то, что в реальное производство финансовые проблемы не перекинулись. Уровень доступности кредитов для промышленности мы поддержали за счет казны, благо жирок кое-какой имелся, ну а перепроизводство России еще долго не будет грозить. Учитывая темпы роста населения, расширение городов, кучу инфраструктурных проектов, ресурсы сюда можно было вваливать как в бездонную бочку. Практически бесконечно.
— Можно я попробую? — Наблюдавшая за тем, как мы с Сашей азартно шмаляем из револьверов по мишеням, Машенька тоже с интересом подошла к верстаку, на котором лежало оружие и приспособы для его зарядки. Дочери в этом году исполнялось уже четырнадцать, и она к этому возрасту вымахала вполне себе статной девицей. В ней явно чувствовалась романовская кровь. В свои невеликие годы ростом она была повыше некоторых дворцовых гренадер.