Правда, силуэты нападающих ещё не появились, а треск был уже совсем близко. И в последний момент я заметил, что толстый слой инея на потолке как-то странно шевелится, будто под ним ползёт упитанный червь…

— Сверху, — со скукой сказал Холодраг, стоя позади и ковыряя пальцем стенку.

— Без тебя уже знаю! — рыкнул я, принимая на лезвие топора упавшую на меня небольшую кикимору.

Она не сильно-то и отличалась от встреченных ранее. Что болотные, что горные, что эта — все были похожи на уродливых мартышек. Только морозная вся чадила холодом, её пасть была усеяна прозрачными синеватыми зубами-кристаллами, а звенящая и мерцающая шерсть казалась иглами тонких льдинок. Горящие синевой и тупостью глаза таращились на меня, пока тварь пыталась разгрызть лезвие топора.

Она даже не делала попыток броситься на меня или как-то хватануть хотя бы мои руки. Так и мусолила с безмозглой яростью железку — на её губах уже появилась синяя кровь, кикимора просто порезала себе рот.

Недолго думая, я просто рубанул топором по стене, воткнув лезвие в камень. Тело её шлёпнулось наземь и заскребло когтями, а голова, точнее её половинка с верхней челюстью, ещё подвигав несколько мгновений губой, так и замерла на лезвии. Лишь уставилась на меня остекленевшим взглядом.

— И-и-и… — протянул я, оглянувшись на Холодрага, — И всё?

Тот пожал плечами.

— А я почём знаю? Вас, смертных, хрен разберёшь, так я скажу.

Я лишь отмахнулся. Эти бессмертные тоже хороши — то они насквозь видят нас, смертных, то не понимают нас. Сами бы уж определились.

— Если они боялись эту бедняжку, то как они лес-то рубят? — задумчиво пробормотал я, выдирая топор из стены. Голова кикиморы упала на её тело.

Шерсть твари так и продолжала мерцать. Бесценный набор ингредиентов, по мнению любого мага-алхимика.

— Ты куда? — спросил Холодраг, когда мы с цербером двинулись дальше, — Пойдём к лесорубу за платой, и в город поехали.

— Это не та тварь, — уверенно сказал я.

— Ну какое тебе до этого дело? — догнал меня Холодраг и нервно потрепал свою бороду, — Уговор был на одну кикимору. Ты зашёл и убил одну кикимору. Что вы, смертные, ищете сложности там, где их нет⁈

Я не ответил, потому что снова услышал треск. Только теперь он был явно громче — к нам двигалось уже несколько тварей.

— Эх, а ведь у тебя был шанс всё упростить, бросс.

— Совесть бы замучила, — рыкнул я, перехватывая топор.

— У вас же, броссов, кровь огненная? Вот и спалил бы к чертям свою совесть.

Ответить я не успел, потому что уже отражал атаку. Теперь тварей было четыре, и все они одновременно вылетели из инея. В этот раз я просто ударил щитом вперёд, а потом резко сформировал из щита трубу, просто вогнав кикимор обратно в иней. Тут же больше мощи в огонь, и пещера наполнилась криками сгорающих тварей.