Они срубали решётки и пытались снять клеть лифта, чтобы не лишиться её после взрыва. Когда разобрались с лифтом, то стали аккуратно спускать вниз бочки на верёвке. Мне эту работу поручать не стали — «тупой бросс мог запросто подорвать всю шахту раньше времени».

А потом Тихомир стал подмечать, что я не так уж и глуп, как ни старался это изобразить. Первый раз он удивился, когда меня попросили захватить на складе с порохом ещё и фитиль… Оказалось, что это была шутка — шахтёры и не полагали, что «тупой бросс» сможет выполнить такую сложную команду, просто посмеялись между собой.

Но когда я принёс вместе с бочками бухту вощёной пеньковой верёвки, у начальника челюсть чуть рёбра не пробила.

— Охранять… фитиль, — я кивнул, — Отсюда и туда.

— Охренеть, — вырвалось у одного из шахтёров, — Где Вакула откопал такой алмаз?

Зря я опасался, что Тихомир что-то заподозрит. Наоборот, начальник стражи подошёл ко мне и стал мять мой бицепс.

— Надо бы с десятника должок именно тобой выпросить, — улыбнулся он, — Мне такая силища, знаешь, как на шахте нужна? Я уже пытался сюда бросса пристроить, так из-за того тупня обвал был, чуть смену не загубил. Но ты бы мог у меня работать.

— Охранять? — спросил я.

— Да, да, — начальник улыбнулся, — Охранять нашу шахту. Охранять вагонетки с рудой… кхм… охранять с щебнем их на поверхность. Охранять жилу. Жила, знаешь, что такое?

Я состроил умную морду. На самом деле я завис перед развилкой — дальше играть идиота или всё же чуть-чуть блеснуть умом? Но моё молчание сыграло свою роль.

— Ты броссу мозги-то не перегрузи, — засмеялись шахтёры, — Хрен его тебе Вакула отдаст.

Тихомир поморщился.

— Ладно. Ульв, пороха, наверное, хватит.

— Охранять, — я прошёл мимо вытащенной клети лифта и встал снова у самой пропасти, куда уже спускали бочку, привязанную к вощёному фитилю.

— Эй, мы же взрывать будем, — Тихомир попытался меня сдвинуть с места, а потом плюнул и махнул, — А ну, иди давай к Вакуле своему обратно. Потом я с ним насчёт тебя поговорю.

Радуясь такой возможности, я кивнул и быстро пошёл прочь. Рабочие как раз галдели между собой, обсуждая, стоит ли закрывать шахту щитами из брёвен.

Я быстро прошёл по шахте. В одном месте подхватил снятый кем-то холщовый плащ, накинул его поверх. Потом, подумав, замотал топор в найденную мешковину.

Прошёл через примеченную ранее дубовую дверь. Я ловил взгляды рабочих, но теперь понял, почему на броссов так часто смотрели, и что это за неприязнь была во взгляде. Раньше я думал, что это из-за того, что все пытаются поймать «бросского воителя»… Но нет, каждый просто мысленно хохотал над тупостью броссов. А некоторые и вслух.