Довольно быстро я смекнул, что передо мной не самый лучший представитель бросского племени. Точнее, не самый умный. Он не играл роль тупого, он ей жил… Ах ты ж позорище бросского рода! Смотри, как надо.

— Я охранять, — тут я ткнул себя в грудь пальцем. Звякнул нагрудник.

Рыжий Олаф будто бы только что меня разглядел. Нахмурился. Как ни странно, обычно броссы при встрече сразу улыбаются, всегда говорят «лёгких троп» на родном языке и всё такое. А этот явно был мне не рад.

— Ты не охранять, — Олаф подошёл, ткнул в меня животом, а потом схватил за ворот кольчуги, — Я тебя не знать!

Шахтёры сразу же отпрянули, прижавшись к стенам. Стычка двух гигантов в таком тесном помещении, да ещё рядом с клетью над пропастью — дело нешуточное.

— Твою ж Моркату, твою ж Моркату… — Тихомир тут же нырнул мимо нас, чтобы тоже покинуть опасную зону.

Олаф бычился, выпячивая подбородок, и я ему ни в чём не уступал.

— Я — Ульв, — буркнул я, — Теперь ты меня знать.

— Ульв? Я — Олаф! И я — охранять! — он припёр меня к стене, потом сам прошёл в клеть. Правда, протиснулся через вход в лифт с трудом.

— Стой! — только и поднял руку Тихомир.

Но жирный бросс уже провалился в дыру, пробитую мной, и в ней же застрял. Вот только любой умный человек на его месте попытался бы выбраться, этот же почему-то решил, что доски ему мешают.

Потому что он поднял кулаки и обрушил их на пол клети. Раздался треск, и потом Олаф исчез… Падал он совершенно молча.

Вот же вестник тупости! Средоточие стихии глупости… Я был так удивлён, что едва успел вернуть себе такое же «умное» выражение лица.

Кстати, никто из шахтёров помогать не бросился. Я так понял, этого жирного тупого бросса они знали давно.

— Вот же хорлова падаль, — вырвалось у кого-то, — Ну я так и знал, что этот идиот так закончит.

— И чего делать? — спросил ещё кто-то.

Все перевели взгляды на меня. Я поскрёб шлем, потом глянул на дыру.

— Олаф охранять? — спросил я, делая шаг.

Тихомир тут же оказался передо мной, уперев руки мне в живот.

— Стой! Тут охранять, понял⁈

— Я охранять тут, а Олаф охранять там? — мой палец ткнул на дыру, потом на меня же.

— Да, да… Ты тут, он там. Понял?

Кто-то их шахтёров прыснул. Послышались шепотки.

— Этот тоже, что ли, в Хладограде родился?

— По-другому и быть не может, они тут все такими рождаются.

Про эту особенность я не знал, поэтому в который раз подивился, как мне повезло. А ведь я даже не догадывался, что так может быть… Даже интересно, почему броссы, не рождённые в родных горах, лишены мозгов?

Да и неважно. Раз местные броссы тупые, то это мне ещё не раз поможет.