Переводить дальше я не стал, уж очень спасатель оказался словоохотливым. Точнее, сперва слушал и общался с ним, и лишь потом переводил.

— Оу, вы иностранцы? — радостно воскликнул он. — Зачем к нам? Как вам у нас?

— Мы футболисты. Приехали на чемпионат мира из СССР.

Глаза паренька распахнулись и чуть не выпали от удивления.

— Круто! СССР! Обалдеть! Жаль, не люблю футбол, даже американский. А про СССР читал. Можно с вами сфотографироваться⁈

Отказывать мы не стали. После этого, сверкая белоснежными зубами, спасатель разглядывал фото на смартфоне, а я сказал ему, что парень, которого укусила медуза — наш защитник, очень важный и крутой игрок.

Пришлось Коровьеву фотографироваться с местным отдельно — не каждый раз ему удается спасти звезду! Пусть порадуется, друзьям нами похвастается.

На берегу мы провели чуть больше часа — и опять в автобус, ведь вечером у нас вылет в Мексику. Андрей Хо, видимо, плавать не умел, потому в воду полез только чтобы поприседать, вылез и ждал нас. Дольше всех плескался Руслан Топчи. Вылез сразу после меня, ковырнул носком песок и сказал:

— Ничего особенного. У нас на Беляусе и то лучше, и вода чище. И медузы не такие злые.

— Все равно красиво, — сказал я и кивнул наверх: — Смотри какие облака, и солнце не жарит.

— Дерьмо. Ненавижу жару, — пожаловался Андрей Хо, обливаясь потом. — Поехали уже.

Он сел вместе с Топчи перед нами с Микробом и всю дорогу ворчал, как тут некрасиво, дома урбанистические, разнокалиберные, никакой архитектурной целостности. Руслан ему поддакивал, а я думал о том, что есть люди, которые везде ищут дерьмо, видимо, Хо из таких. А мне всегда казалось, что нужно приходить в гости с открытым сердцем, и мне было хорошо, даже уезжать не хотелось.

А дальше — игра с Перу, и на подготовку всего неделя.

Потому Мексику мы видели только из иллюминатора и из окна автобуса, который вез нас на базу. И со следующего дня у нас началась подготовка.

Мексика — страна футбольная, и в нашем распоряжении оказался новенький стадион с ухоженной изумрудной травкой, как в Англии, где мы неделю отрабатывали стандарты и гоняли двусторонки, привыкали к местному климату, настраивали выносливость.

Двадцать первого июня у нас игра, но не в самое пекло, а в девять вечера. Следующая наша игра с Данией двадцать шестого в пять вечера в Торонто. Причем если с перуанцами было решено играть от нападения, то Данией нас пугали, и Бердыев настаивал на «автобусе». Главное — в одну восьмую выйти, это уже будет достижение, а там можно и рискнуть.

Хотя даже если проиграем Дании, выход в одну восьмую нам обеспечен за счетдвух предыдущих побед.