Основной посыл прокачки — не надо бояться, мы не хуже, возможно, что и лучше. И если они попрут напролом, надо хитрить и не подставляться. Если грязно начнут играть — не стесняться падать, уж они возможность не упустят. Соперник у нас серьезный. Конечно, не «Барса» и не «Реал», не манчестерские монстры — но все же!
— На поле у нас сегодня в защите Думченко, Борода, Круминьш. Опорник Лабич. Полузащита Клыков, Тишкин, Воропай, — объявил Димидко.
Левашов, которому предстояло сесть на скамейку, пригорюнился.
— Края — как обычно, Хотеев, Бурак. Атака… — Саныч взял паузу.
Нападающие вскинули головы, о, сколько надежды во взглядах!
— Бекханов, Рябов. Играем мы в три центральных! А рейнджерсы — всегда в четыре защитника. У них 4−3–3, у нас, выходит, 5−3–2, превращающиеся в атаке в 3−5–2. В общем, будьте готовы!
— Всегда готовы! — ответили мы нестройным хором.
— На поле, ребятушки! — Димидко встал у двери и каждому, выходящему из раздевалки, давал «пять» — благословлял.
И вот — ярко-зеленая арена «Айрбокса», трибуны ярусами, рукоплещут болельщики, встречая выбегающих фаворитов. Погода еще сегодня солнечная, футбольная, около +10. Вот тебе и север!
С одной стороны, хорошо, что мы играем на чужом поле — это опыт. С другой — сложно, когда целый город футбольных фанатов тебя освистывает. Но ничего, пусть орут, а мы крепчаем.
Я скользнул взглядом по выстроившимся для приветствия нашим. Орлы! Молодая, подающая надежды команда, каждый парень крут, у всех есть потенциал, чтобы раскрыться и заиграть еще лучше! Подбородки вздернуты, глаза горят!
Я сосредоточился на собранных и угрюмых соперниках в сине-белой форме… и обалдел. Поскольку мыслили они в основном по-английски, не составило труда считать их желания: они не были настроены на честную игру. Им хотелось бить, ломать, вырвать победу любой ценой, и в этом прослеживалось редкое единодушие.
Черт! И не растолкуешь своим как следует!
Начнешь предупреждать — растеряются. Пусть будет как будет, а там посмотрим. Очень хотелось верить, что это просто прокачка такая, а не инструкция к действию.
Я скосил глаза на тренера «Рейнджерс» — не Филипп Клеман, который пришел команду за пару месяцев до того, как умереть Звягинцеву, а будто бы его маленькая карикатурная копия: невысокий, лысый, носатый, с уплощенным и вытянутым черепом, как у «чужого». Чего и как он хочет больше всего на свете, непонятно — я сильно далеко от него.
Хоть защиту предупредить, что ли, что игра не «возможно», а сто процентов будет жесткой, даже более чем жесткой.
— Парни! — крикнул я. — Готовьтесь к тому, что вас будут ломать.