— Буду очень вам благодарен, если позволите.

Ну давай, принимай правильное решение! Подвинув очки ближе к переносице, заведующая сказала:

— Да, пожалуй, так лучше. В передовых роддомах давно практикуют совместные роды. Когда приступите к выполнению, кхм, отцовских обязанностей?

— Да хоть сегодня. Часов в восемь. Только Людмила Фёдоровна категорически не хотела меня пускать, пришлось через турникет прыгать.

Приветливое лицо заведующей стало злым и резким.

— Я с ней проведу беседу. Посмотрю запись с камер, если она грубит посетителям, подниму вопрос о ее увольнении, хоть она и мать нашего главврача.

— Вот оно в чем дело, — задумчиво проговорил я. — Если не получится поставить ее на место, обращайтесь, помогу.

— Хорошо. Куда это годится, тиранить людей, которые и так волнуются⁈

В кабинет заглянула акушерка с папкой, рассыпала на столе открытки с нашей сборной, правда, там был Акинфеев вместо меня — видимо, их делали заранее, и отдельно со мной, сложила руки на груди лодочкой.

— Александр, подпишете? Пожалуйста!

Я глянул на настенные часы: пятнадцать минут шестого! Через сорок пять минут открытие стадиона «Титан».

— Конечно подпишу, но завтра. Сейчас мне срочно надо на стадион. Открытие в шесть!

— Бегите, Саша, благослови тебя бог! — проговорила заведующая, подвинула к себе телефон и стала звонить кому-то по внутренней связи.

Когда я топал по коридору, на ходу вызывая такси, по коридору разнесся ее гневный голос. Молодец, и кнут, и пряник использует. Кого она так распекает? Наверное, сторожиху.

Я сбежал по лестнице, приблизился к турникету — он меня пропустил, а надутая сторожиха сделала вид, что не видит меня.

Только на улице я включил звук, просмотрел список пропущенных вызовов: Димидко, Тирликас, Лабич, Погосян… Лиза, Гусак, Семерка, Колесо, Микроб… Лиза, Лиза, Лиза. Как стал успешным, так любовь ко мне проснулась. Неужели не понимает, что мне нельзя в Бельдяжки? Совсем совести нет.

Первым я набрал Сан Саныча, чтобы узнать, что у нас по плану.

— Нерушимый, — выдохнул в трубку он, — зазвездился совсем, что трубку не берешь?

— В больнице был, у жены. Куда мне подъезжать?

— Во дворе автобус и журналисты. Мы стартуем ровно в шесть. В это время выступят Самойлов, ну, который начальник завода, и прочие бюрократы; поговорят полчаса, а потом объявят нас. Там толпа — ужас. Мы сквозь них пройдем на стадион, все в футбольной форме, пробежимся — это все, что от нас нужно. Потом кульминация: я исполню роль Прометея и зажгу вечный огонь, и начнутся песни, выступления артистов, гулянки и фотосессии.